Порой мы преследуем благие цели «за родину, за народ», но неосознанно можем «толкнуть» человека и причинить ему дискомфорт. Вот этого сейчас я стараюсь избежать.
_Уроженец Заводоуковска, заработавший на Севере почет и уважение, лучший российский врач общей практики 2004 года Владимир Ермолаев трудится сегодня в Тюменской областной думе. О том, каков был путь в областные депутаты, о достижениях и личном счастье Владимир Викторович рассказал в рамках совместного проекта еженедельника «Вслух о главном» и регионального парламента «Дума в лицах»._
— Владимир Викторович, вы родились в Заводоуковске, учились в Тюмени, работали в Югре. Какие места считаете родиной?
— Конечно Заводоуковск. Но скажу, что и Нефтеюганск, где я 24 года живу и работаю, безусловно, тоже мне родной.
— Часто бываете на малой родине?
— Несколько раз в год. Расстояния небольшие, а дороги хорошие. Был там недавно, не мог не восхититься удобством и качеством передвижения. Эти 800 километров от Нефтеюганска едешь с удобством и комфортом, как в том анекдоте со стаканом воды на капоте. Примерно так же и у нас: удобно и комфортно. Бываю в Заводоуковске в выходные, в отпуске, на майские праздники. Родители живы-здоровы, еще есть друзья и знакомые. Мои заводоуковские корни глубоки.
— Кем трудились ваши родители?
— Отец и мама на пенсии, занимаются домашним хозяйством. В советское время и в годы перестройки работали на заводе сельского машиностроения (ныне Заводоуковский машиностроительный завод. — _Прим. авт._). Отец начал трудиться в строительной организации, чтобы быстрее получить квартиру. Потом работал слесарем. Во время войны во Вьетнаме ездил в командировку устанавливать локационное оборудование и обучать вьетнамцев работе с ним. Вернувшись, перешел кузнецом в горячий цех. Закончил трудовую деятельность мастером. Был период, когда во время перестроечной разрухи работал заместителем директора рынка. Это давало возможность выживать. Мама тоже работала на заводе, в отделе технического контроля. У нас рабочая семья.
— Чему они вас научили?
— Знаете, они — очень порядочные и ответственные люди, всегда готовы помогать другим. Когда возникали какие-то проблемы, все шли к ним. Они научили меня ценить семью, дружбу и превращать простые события в незаурядные. Если мы ездили по грибы или на море — это всегда было небанально. Папа придумывал приятные сюрпризы, о которых помню до сих пор. Например, покупал целый пакет мороженого для детворы, рассказывал истории у костра. Молодежь того времени была очень дружна, отмечали все праздники, собирались вместе, с песнями, с хорошими эмоциями. Я видел взаимопонимание и уважение друг к другу.
— Родители повлияли на ваш выбор жизненного пути? Какого будущего они для вас хотели?
— Каждый родитель хочет своему ребенку счастья, здоровья, хорошей семьи, нормальной работы, которая была бы интересной и обеспечивала.
Они же жили как? Лишь бы не было войны. Говорили: «Если мы с каждым годом живем лучше, то вы вообще будете жить в раю». Помню, передовики производства получали право на покупку новой машины. Отец съездил во Вьетнам — и ему дали такое право. И они считали, что мы будем жить очень хорошо, в стабильном и сильном государстве, где ценится труд, где царит справедливость. А о том, чтобы я стал врачом, депутатом, никто и не помышлял. В медицину я пришел спонтанно и, может, даже не совсем осознанно.
— Многие врачи рассказывают, что мечтали о профессии с детства. Часто они — выходцы из медицинских династий и идут по стопам родителей…
— Это не про меня, я не из династии, вокруг меня никаких медиков не было. Я хотел быть военным. Но так случилось, что мои документы не пришли в военное училище, и меня не вызвали на экзамен. Надо было определяться, а соседка по площадке, с которой мы дружили, училась в медицинском институте. Ее рассказы об учебе «капали» на мое сознание и определили мой выбор. И не то что не жалею — даже рад этому.
— А как вы очутились на Севере?
— Когда не стало Советского Союза, перестали действовать многие отработанные механизмы, например трудоустройство студентов по распределению. Мы были выпущены на вольные хлеба: где хочешь, там и устраивайся. Я приехал с дипломом в Заводоуковск. Но приняли меня не особо радушно, никаких предложений не было. Тогда вместе с женой поехали на ее родину в Нефтеюганск, в городскую больницу — медсанчасть «Юганскнефтегаза». Главный врач Виктория Ивановна Яцкив предложила мне работу, расписала перспективы. Мне понравился Север, город, люди. И работать там мне было очень интересно. Это были такие годы, когда я был и самостоятельным, и в то же время перечень услуг, которые я мог оказывать, был больше, чем у врача общей врачебной сети. Я был заведующим амбулаторией и поликлиникой, потом заместителем главного врача. Сейчас у нас две взрослые поликлиники, две детские. Руковожу взрослой поликлинической службой: это сложная и интересная работа. Есть много задач, необходимых для решения. Сейчас очевидна значительная положительная динамика по сравнению с тем, что было, когда я пришел.
— Вы предвосхитили мой следующий вопрос: об изменениях в современной медицине. Знаю, что многих успехов вы добились как раз на стезе поликлинической службы.
— Как бы сказать про эти успехи… Я ведь тоже оцениваю свою деятельность, и хочется быть объективным. Это моя заслуга лишь отчасти. Да, мы развивали материально-техническую базу, приобретали аппарат УЗИ, рентген, флюорографы, открывали кабинеты и центр здоровья. Это помогает ранней диагностике заболеваний и оказанию качественной помощи. Сам по себе медицинский научный прогресс оказал существенное влияние на всю российскую медицину. А на местах, конечно, мы разрабатывали различные проекты по профилактической работе, по диспансеризации. Наши врачи были отмечены и на окружном уровне, и на российском. Моя работа — это рутина, которая направлена на выполнение приказов и распоряжений. Но напрямую ведь это со мной не связано.
— Мне кажется, вы недооцениваете свой вклад, ведь в 2004 году медицинское сообщество признало вас лучшим российским врачом общей практики. Ведь это личное достижение.
— Ну как личное? Меня учил медицинский институт, были хорошие педагоги, поле деятельности и средства обеспечил главный врач, наставничество было. Нельзя говорить, что это я такой великий, это неправильно. Нас формирует наше окружение.
— Однако еще нужно знать, что с этим всем делать…
— Ну да. Наверное, где-то и от меня что-то зависело. В частности, само участие в конкурсе. Это все делалось, подбиралось, выбиралось, доказывалось буквально ночами. На такие вещи никто дополнительного времени не выделяет.
— Вы служили на Военно-морском флоте. Что дает мужчине военная служба? Вы вспоминаете те времена? Отмечаете День Военно-морского флота?
— Да, день ВМФ отмечаю обязательно. Во время последнего праздника мы с детьми находились в Новороссийске, где проходил парад кораблей, подводных лодок, выступление морской пехоты. Нам всем очень понравилось. И такое чувство гордости за наш флот — оно, конечно, присутствует. Служба открывает другую сторону жизни для гражданского человека. Есть командиры, есть устав, есть плечо друга. Есть какие-то негативные моменты, которые проявляются при определенных условиях. Лежа на диване, человека не узнаешь, настоящая дружба должна проверяться, а там для этого условий предостаточно. Но во время службы проявляются и какие-то человеческие слабости, их тоже видишь. И, проходя через эти трудности, человек закаляется и воспитывается.
Раньше я считал, что отслужить должен каждый. Но сейчас думаю, есть люди, которым это будет крайне тяжело. Их армия может сломать. Здесь важна работа педагогов, медкомиссии, психологов. Да, нет сколиоза и плоскостопия, а что с характером? С волей?
— А ваша политическая карьера с чего началась? Что могут врачи в политике?
— Когда в 2006 году я шел в муниципальную думу, в принципе, ни о какой политике речи не было. Да, в то время я уже был членом «Единой России», но мы занимались городским хозяйством. Больницы были муниципальными, деньги выделялись в города, и чтобы участвовать в распределении бюджета, нужны были представители здравоохранения. Я тогда был уже заместителем главного врача и понимал, что финансовые ресурсы имеют большое значение в работе учреждений здравоохранения.
— В качестве областного депутата вам удобнее, инструментов больше, вам свободнее?
— Есть определенные ресурсы и возможности в каждой думе. Муниципальная дума не занимается законотворчеством, у нее есть только инициатива — предложить депутатам более высокого ранга рассмотреть тот или иной вопрос. А вот Тюменская область — это серьезный субъект, возможности в отношении законотворчества здесь больше. Будучи депутатом областной думы, я могу выходить на уровень министерств с предложениями о внесении изменений или о каком-то новом законе.
— Вы врач, общественник, депутат. Это предполагает высокую занятость. У вас хватает времени для семьи? Расскажите о своей семье.
— Семья у меня динамичная, дети учатся. Они проводят время в школе, в музыкальной школе, спортивных секциях, активно участвуют в проектах и олимпиадах, в интеллектуальной игре «Что? Где? Когда?». Жена тоже работает. Но к вечеру мы собираемся вместе. В выходные, если у меня нет каких-то встреч, мы ездим вместе на дачу, посещаем спорткомплекс «Жемчужина Югры». Отпуск всегда вместе, свободные часы — вместе. В течение суток у меня есть возможность и в дневник заглянуть, и подбодрить, поговорить об успехах и неудачах.
— И как там, в дневниках?
— В дневниках хорошо! Я рад, что дети хорошо учатся, практически без четверок. Старший Максим эрудированный и грамотный, ему нравится участвовать в олимпиадах — побеждал на уровне города, округа, страны. Его интересы разнообразны — чтение, музыка, рукопашный бой. Он окончил музыкальную школу по классу фортепиано и был лауреатом музыкальных конкурсов в разных странах. Второй сын, Глеб, посмотрел на старшего брата и сам пошел в музыкальную школу — без нашего влияния. Еще он занимается биатлоном. Были в отпуске, так тиры Анапы пострадали от его меткости — Глеб забирает все призы. У Никиты большая склонность к технике. В девятилетнем возрасте он уже может рассказать, как работает двигатель внутреннего сгорания, что такое карбюратор, коленчатый вал, поршни. Он разбирается в электрике. Детей я научил плавать. Это нужно, чтобы они чувствовали себя уверенно, да и чтобы я за них не волновался.
— Есть ли у вас какие-то хобби? Какие книги читаете? Какое кино смотрите?
— Все люблю. Сейчас есть отличная возможность выбрать хороший фильм, скачать и посмотреть в удобное время. Люблю читать, чем старше — тем больше. Может, недочитал в юности. Читаю в отпуске, во время перелетов. Еще мне нравится заниматься физкультурой: это бассейн, лыжи зимой, просто тренажерный зал. Я люблю двигаться, это приносит мне определенную радость и уверенность. В детстве марки собирал — как и все вокруг меня. Альбомы до сих пор у родителей лежат.
— Вы считаете себя счастливым человеком?
— Абсолютно! У меня хорошая семья, чудесные дети, замечательная жена, живы родители. Я счастливый.
— Если бы была возможность начать все сначала, вы бы изменили что-то в своей жизни?
— Да, я бы поменял какие-то моменты по отношению к людям. Был бы менее категоричным и резким. Это такая болезнь молодых руководителей, профилактики которой у меня не было. Не было наставника, который бы сказал: цени людей больше, не грузи, не заставляй человека переживать, не конфликтуй. Порой мы преследуем благие цели «за родину, за народ», но неосознанно можем «толкнуть» человека и причинить ему дискомфорт. Вот этого сейчас я стараюсь избежать. Важно прожить, прочувствовать проблему человека, разговаривать с ним, давать шанс исправиться и не принимать категоричных решений сразу. Что еще? Побольше надо было слушать родителей. Не думать о себе как об исключительном и особенном. Их опыт — великое дело. Бережно относиться к своим близким.
— Ваше самое большое достижение?
— Горжусь, что нашел себе замечательную жену. И я думаю, что большего достижения у меня и нет. Еще рад доброму отношению людей, оказавшим мне доверие уже трижды. Не скажу, что меня любят и уважают абсолютно все, но у меня большая инициативная группа — не медики и не подчиненные, а товарищи и знакомые. Меня многие знают, уважение и доверие людей придают уверенности.
