Коррекционные школы прекращают свое существование, но готовы ли общеобразовательные принять детей с ограничениями по здоровью?
Вопрос доступности образования для детей с ограничениями по здоровью директор школы № 70 Тюмени Лидия Русакова назвала животрепещущим для всей страны.
Лидия Русакова в составе делегации Тюменской области побывала на форуме «Качественное образование во имя страны», который прошел в Пензе и собрал более 500 участников со всей страны. Там проблема совместного обучения здоровых детей и их сверстников с ограничениями по здоровью обсуждалась очень широко. Дело в том, что после вступления в силу нового закона об образовании, где есть статья об инклюзивном образовании, в регионах России начали массово закрываться коррекционные школы.
«Эти школы прекращают свое существование, но готовы ли общеобразовательные принять детей с ограничениями по здоровью? Чтобы образование было инклюзивным, необходимо создать законодательную базу и обеспечить финансирование. На данный момент этого нет. Вопрос решается в каждой конкретной школе за счет личной инициативы директора, учителей. Например, в нашей школе создан центр охраны здоровья, который занимается сопровождением детей-инвалидов. Однако сегодня, согласно законодательству, система здравоохранения не финансирует работу центра, так как он находится на территории школы, и вместе с тем он не входит в государственный образовательный стандарт, значит, система образования его тоже не финансирует. Получается, что проблема решается только за счет внутренних человеческих ресурсов школы — внимателен ли учитель к особому ученику, ищет ли он подходы к нему».
Ректор ТОГИРРО Ольга Ройтблат отметила, что учителей надо тщательно готовить к работе с детьми-инвалидами: «Не нужно много ума посадить ребенка с проблемами со слухом в класс со здоровыми детьми. Но кто с ним будет работать? Какой специалист? Нельзя с учителя спрашивать того, чему его самого не обучили. Это четко прописано в новых профессиональных стандартах. У специалистов ТОГИРРО сегодня обучаются 72 педагога, которым предстоит работать с особыми учениками».
Но даже подготовленный учитель в одиночку не сможет проложить индивидуальный образовательный маршрут. В этом ему должны помогать педагоги-психологи, учителя-логопеды, дефектологи, социальные педагоги, медицинские работники. Такого штата специалистов в учебных заведениях пока нет. Именно они должны помочь в составлении программы с лечебно-профилактическим, диагностико-консультативным и социально-педагогическим модулями.
«Да, в школах есть фельдшер, который является представителем конкретной поликлиники, но и он работает строго по графику — приходит и уходит в определенное время, а школы открыты до восьми вечера, дети остаются на кружки и секции после уроков. И тут возникает новый вопрос — а как финансировать работу доктора до этого часа?» — отмечает Русакова.
От педагогов на форуме в Пензе поступило предложение: проработать законодательную базу для сопровождения инклюзивных образовательных проектов. Также проблема была озвучена президенту. Владимир Путин согласился, что сначала необходимо подготовить базу, а только потом массово закрывать коррекционные школы, и в каждом случае требуется индивидуальный подход, поскольку невозможно всех детей обучать в общеобразовательных школах.
Так, по статистике, 30% детей с задержкой психического развития, обучающихся в массовой школе, чувствуют себя комфортно, и такое образование им на пользу. Но у 70% другие результаты: плохое поведение, задержка личностного развития.
Президент пообещал, что вопрос будет решаться принципиально. А пока, по словам Лидии Русаковой, внедрение инклюзивного образования — гражданский подвиг директора школы.
