Любопытные факты с документальной основой.
В российских городах многие улицы, носящие имена бывших купцов или меценатов, после революции переименовали в честь различных большевиков. Споры о возвращении исторических названий идут до сих пор. Писатель и краевед Александр Петрушин разбирался в подобной истории на примере тюменской улицы Семакова (Подаруевской).
Эту улицу в центре Тюмени, протянувшуюся от берега реки Туры до заболоченного озера Лямино по линии одноименной Ляминской улицы (с 1922 года Герцена), в XIX веке называли Подаруевской. По фамилии проживавшего здесь в собственном доме купца 1-й гильдии Прокопия Подаруева.
Меценат и городской голова
По такому же принципу, то есть по месту жительства или по принадлежности предприятия, а не за заслуги назывались и другие тюменские улицы и переулки: Серебряковская, Войновская, Жернаковская, Громовская, Ядрышниковская, Машаровская, Трусовский и Колмогоровский переулки.
В истории Тюмени Подаруев известен как бывший городской голова и меценат, на деньги которого (внес в общий с казной проект более 200 тысяч рублей) в 1878—1880 годы было построено по проекту архитектора Петербургского университета Воротилова двухэтажное каменное здание реального училища, выходящее фасадом на главную улицу Царскую (с 10 августа 1917 года Республики).
Открытие училища 15 сентября 1879 года приветствовал телеграммой сам император Александр II. Естественно, 18 ноября того же года этому учебному заведению было дано его имя. В Александровском реальном училище обучались дети всех сословий и вероисповеданий. Лучшие из них, помимо обычного ученического пособия, могли рассчитывать еще и на именные стипендии предпринимателей Н.Г. Колмакова и П.И. Подаруева.
Государственный аграрный университет Северного Зауралья (бывшее Александровское училище)
Вернуть название
После окончательного установления в августе 1919 года советской власти в Тюмени вековые принципы городской топонимики изменились. Большевики прекрасно понимали, что топонимика является важной частью идеологии государства, поэтому переименовали 36 улиц, переулков и исторических мест нашего города. «Для встречи торжественного пролетарского праздника пятой годовщины Октябрьской революции 7 ноября Тюменский горуездный исполнительный комитет постановил… переименовать следующие улицы: …Подаруевскую в Семакова…».
Когда в декабре 1991 года прекратил существование Советский Союз, то в Москве и других республиканских, краевых и областных центрах «революционным и коммунистическим улицам вернули прежние названия. Призывы к такой практике звучали в 90-е годы прошлого столетия и в Тюмени. И все еще периодически (по разным поводам) раздаются.
Так, открытие 27 сентября в связи со 145-летием здания Государственного аграрного университета Северного Зауралья мемориальной доски в память Подаруева вызвало у известного краеведа Валерия Чупина предложение: «Улице Семакова, названной так в 1922 году, вернуть прежнее название — Подаруевская».
В дискуссию на эту тему включился сопредседатель Общероссийского общественного гражданско-патриотического движения «Бессмертный полк России», почетный гражданин города Тюмени Геннадий Иванов. Он справедливо указал на оплошность (ошибку) в тексте на мемориальной доске: «Подаруев не был почетным гражданином нашего города…». Он считался потомственным почетным представителем купеческого (торгового) сословия городского населения Российской империи. Такое звание учреждено в 1832 году манифестом императора Николая I. Прокопий Подаруев получил его не за личные заслуги, а унаследовал от своего отца — купца Ивана Алексеевича Подаруева. Сохранял это звание до своего разорения (банкротства).
Революционер-подпольщик
Для объективной оценки жизни и деятельности Александра Васильевича Семакова используем его письма, телеграммы и другие документы, хранящиеся в ГАСПИТО (государственный архив социально-политической истории Тюменской области).
Он родился в 1899 году в деревне Шипуновской Шенкуровского уезда Архангельской губернии в крестьянской семье. Окончил в городе Шенкурске (известен с 1315 г.) начальное училище и лесную школу. Там же познакомился со ссыльными социал-демократами, «коих здесь было много». Во время Первой мировой войны был мобилизован в Балтийский флот, служил в Гельсинфорсе (Хельсинки). Участвовал в революционных событиях на Балтике. При возвращении осенью 1918 года в Шенкурск продолжал подпольную работу в уезде, занятом английскими интервентами и белогвардейцами. Был арестован и заключен в тюрьму на острове Мудьюг. В январе 1919 года освобожден частями Красной армии, зачислен в команду миноносца «Кречет», а через три месяца в составе сухопутного отряда отправлен на Восточный фронт.
В письме к родителям он писал: «Жив, здоров. Благополучно воюю. Не знаю, что дальше будет. У нашего полка беспрерывные бои. Мой адрес: Действующая армия, 456-й стр. Рыбинский полк. Председателю полкового бюро коммунистов А. Семакову».
Улица Семакова
Рано умирать
В боях с колчаковцами на Урале Семаков был ранен. «Дорогие папа и мама! Из лазарета в Екатеринбурге выписался, еду завтра опять на фронт. Отпускали домой, да я не вздумал, надо в свой полк спешить — врага добивать».
8 августа 1919 года колчаковцы оставили Тюмень и отступили на северо-восток к Тобольску и Ялуторовску. В ночь на 4 сентября части сформированной в Тюмени 51-й стрелковой дивизии, в состав которой вошел и 456-й Рыбинский полк, заняли Тобольск. Но противник, используя речные бронепароходы и гидропланы, отбил город. Больше месяца здесь шли ожесточенные бои. 22 октября Тобольск был вновь освобожден.
По мере изгнания колчаковцев с занятой ими уральской и сибирской земли шло восстановление Советской власти, организаций РКП (б) и РКСМ, финансовых и хозяйственных органов, культурно-просветительных учреждений, профессиональных союзов и редакций газет. Этот процесс проходил в Тюменской губернии в сложной обстановке.
Первое время непосредственную работу по воссозданию партийных и советских органов в ближайшем тылу наступающей Красной армии вели в значительной мере армейские коммунисты. Комиссару 2-го батальона 456-го полка 51-й стрелковой дивизии Семакову пришлось задержаться в Тобольске.
«1 февраля 1920 года. Здравствуйте, папа и мама! Вы уже думаете, что я погиб? Нет, пока жив. Но был на волосок от смерти. После лазарета в Екатеринбурге в первом же бою на Тобольском фронте в октябре 1919 года был ранен в ногу. Хорошо, что кость не задета. Меня вывезли из боя на Тюменский тракт, где я еще заболел тифом. Через месяц возвратный тиф и лихорадка. Рана затянулась, но лежал в лазарете около трех месяцев. Должно быть рано умирать. Сейчас здоров, но осталась от меня одна тень — кожа да кости. Меня отпустили из армии на два месяца в отпуск домой. Но здесь морозы страшные, ехать далеко, замерзнешь и простудишься. При моем малокровии снова заболеть пара пустяков. По партийному заданию работаю в Тобольске. Занимаю три должности: председатель исполкома совета и местных комитетов РКП (б), секретарь союза молодежи, да еще редактор „Тобольских известий“. Так живу. С холоду не замерзну, с голоду не помру. Кланяйтесь родным».
Последнее письмо на родину датировано 27 мая 1920 года. «Здравствуйте мои дорогие родные и знакомые. Простите, что я так долго не писал. За последнее время работы слишком много. Я было из Тобольска хотел уехать на польский фронт. Гнилых польских панов поколотить и буржуазной нечисти поуничтожить, да не отпустили. Но моя голова готова к защите революции. Завтра поеду в Тюмень на губернский съезд Советов. Выбрали делегатом мужики на уездном съезде… Я стал много сильнее и энергичнее…».
«Тобольск не должен быть сдан бандам»
В декабре 1920 года на 3-й губернской партийной конференции Семакова избрали членом президиума губкома и заведующим учетно-распределительного отдела. В январе следующего года утвержден редактором «Известий» Тюменского губкома РКП (б) и губисполкома.
В этой газете он успел опубликовать свою единственную статью: «…Работа при современных условиях чрезвычайно трудна и сложна. Будет много препятствий на нашем пути. Но дети революции, дети огня и бури, дети нового порядка этого не боятся. Для истинных революционеров ничто не страшно. Чтобы не возникли сомнения, наш лозунг — учиться, учиться и учиться… И мы научимся».
А через месяц в губернии вспыхнуло антибольшевистское крестьянское восстание против непосильной продовольственной разверстки и произвола продработников. Семаков возглавил организованный им в Тюмени из коммунистов-водников отряд лыжников. 14 февраля 1921 года этот отряд «численностью в 17 штыков прибыл в распоряжение советских вооруженных сил Тобольского боевого участка».
На следующий день Семаков направил телеграмму председателю Тобольского уездного исполкома А.Ф. Демьянову, уездному военкому П.М. Хрусталеву и секретарю уездного комитета РКП (б) С.Ф. Скороспехову: «Тобольск не должен быть сдан бандам. Рекомендую набраться выдержки, спокойствия, хладнокровия».
Однако в ночь с 20 на 21 февраля партийное и советское руководство Тобольска, местные коммунисты и красноармейцы тайно оставили Тобольск и отошли на восток по льду Иртыша в направлении на Тару. Захватив бывший губернский центр, повстанцы развязали кровавую расправу над сочувствующими советской власти.
Улица Семакова
«Убит товарищ Семаков»
Последнее донесение Семакова секретарю Тюменского губкома РКП (б) С.П. Агееву:
«12 марта 1921 года село Викулово Ишимского уезда. Тов. Агеев! Я в данный момент нахожусь в объединенном Тарско-Тобольском отряде, в организованной мною команде лыжников. Моя команда отчаянная до безумия. Не возвращусь в губком до ликвидации восстания. Не отпущу также в Тюмень коммунистов-водников, которые являются ядром всего объединенного отряда. Знаешь что: пришли мне газет последних, где информация о политическом положении Республики и губернии. Пока прощай. Привет всем. С коммун. приветом, член губкома А. Семаков».
А через несколько дней телеграмма: «Тюмень. Губком. Агееву. Сообщаем, что при наступлении на юрты Вагайские 29 марта убит товарищ Семаков. Тюменская команда водников».Для примирения сторон
8 апреля привлеченные к подавлению восстания воинские части Приуральского военного округа под командованием С.В. Мрачковского очистили Тобольск от повстанцев. В тот день бывшему советскому, партийному и комсомольскому главе этого города исполнилось бы 22 года. Семакова похоронили в саду Ермака в братской могиле. Газета «Известия» писала: «…Тов. Семакова нет с нами, но другие коммунисты и комсомольцы понесут знамена. Шелест этих знамен возвещает славу борцам, павшим за правое дело».
Может, после прочтения писем Семакова и других документов того далекого уже и тревожного времени революционный романтик товарищ Семаков станет для современной тюменской молодежи ближе, чем бывший потомственный почетный представитель купеческого населения Российской империи господин Подаруев.
Но для примирения сторон и сохранения исторической преемственности предлагаю укрепить на новом здании Тюменского государственного университета табличку: «Улица Семакова. До 1922 года Подаруевская».
Фото: Екатерина Пономарева
