Учитывая особо важное значение бронетанковых войск и их заслуги в Великой Отечественной войне, Президиум Верховного Совета СССР Указом от 11 июля 1946 года установил ежегодный праздник – День танкиста, который отмечаемый во 2-е воскресенье сентября. В этом году праздник выпал на 13 сентября.
Танкист Фёдоров
За боевые подвиги звания Героя Советского Союза удостоены 1142 танкиста, 16 — дважды. Среди них гвардии майор Фёдоров Пётр Еремеевич, уроженец села Колесниково Новозаимского района Тюменской области (сейчас Заводоуковский городской муниципальный округ).
П. Е. Фёдоров, pamyat-naroda.ru
Военная служба совхозного тракториста и комбайнера Фёдорова началась в феврале 1936 года в Тюмени, в отдельном учебном танковом батальоне 65-й стрелковой дивизии. В июле 1939 года ее передислоцировали из Тюмени в Забайкалье на станцию Борзя, где командиром стал выпускник Военной академии имени Фрунзе майор П.К. Кошевой, будущий маршал и дважды Герой Советского Союза.
На войсковых учениях он приметил расторопного механика-водителя танка Т-26 и направил его на курсы командиров. После их окончания младший лейтенант Фёдоров был назначен командиром взвода в 112-ю танковую дивизию 1-й Дальневосточной армии.
В октябре 1941 года под командованием полковника А.Л. Гетмана, будущего генерала армии и Героя Советского Союза срочно перебросили по железной дороге к Кашире, к которой, обойдя Тулу, вплотную приблизились немецкие войска. Потеря этого города открывала немцам путь на Москву.
В ночь на 26 ноября танки 112-й дивизии (большинство легкие — БТ-7 и Т-26) заняли позиции на южных окраинах Каширы, а утром нанесли удар по мотопехоте танковой армии Гудериана. На третьи сутки боев освободили село Пятница. Здесь противник оставил 16 сожженных танков, 18 орудий, до 100 автомашин и более 500 убитых солдат и офицеров. Угроза захвата Каширской ГРЭС, дававшей электроэнергию Москве, была ликвидирована.
Так в ходе Московской битвы обозначился перелом. 30 декабря танкисты Гетмана, совершив смелый рейд на Калугу, ворвались в город и удерживали его до подхода 50-й армии генерал-полковника И. Болдина. Боевые действия неделями шли в глубоких сугробах, при трескучих морозах, без гарантированного снабжения за небольшие высоты, пепелища деревень и участки леса. Громадные потери несли обе стороны.
Между Калугой и Харьковом
Весной 1942 года в Красной армии вновь стали создавать танковые корпуса в составе трех танковых (по 53 танка) и мотострелковой бригад.
Уцелевшему в зимних боях Фёдорову присвоили звание старшего лейтенанта и назначили командиром танковой роты 113-й танковой бригады 15-го танкового корпуса, который возглавил Герой Советского Союза генерал-майор В. Копцов.
Командование Западного фронта по приказу Ставки Верховного главнокомандования подготовило наступательную операцию на Козельском направлении. 22 августа после артиллерийской подготовки стрелковые дивизии сравнительно легко овладели первой линией обороны противника, но дальше встретили упорное сопротивление. Тогда по приказу генерала армии Г. К. Жукова в сражение были брошены танковые корпуса. К исходу 25 августа корпус Копцова вышел к реке Вытебети, но форсировать ее не смог. Начались перегруппировки танковых бригад из одного района боевых действий в другой в поисках слабого места в обороне противника. И всякий раз от танкистов требовалось перейти в наступление немедленно. Бригады шли в атаку без разведки позиций противника на местности и несли большие потери.
28 августа подкалиберный снаряд из немецкой 75-миллиметровой пушки прошил броню «тридцатьчетверки» старшего лейтенанта Фёдорова. Погиб стрелок-радист. Контуженные механик-водитель и заряжающий успели вытащить из башни раненого в «левую голень, бедро и область таза» командира и отползли с ним метров за двадцать, когда в танке сдетонировали снаряды…
К 10 сентября 113-я танковая бригада утратила практически все танки и была выведена в резерв. Окружить и разгромить противника в районе Козельска не удалось.
К концу 1942 года Красная армия получила более 24 тысяч танков. Для такого количества боевых машин не хватало подготовленных экипажей. Поэтому раненые и обожженные танкисты в госпиталях не задерживались. Едва затянутся раны, сразу направлялись в пункты доукомплектования танковых частей. 13 ноября 1942 года старший лейтенант Фёдоров возвратился в 317-й танковый батальон 113-й танковой бригады 15-го танкового корпуса.
После разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом Красная армия во второй половине января 1943 года нанесла серию сокрушительных ударов на Верхнем Дону, где оборону занимали союзники немцев — румыны, венгры и итальянцы. Они оказались неспособны ничего противопоставить натиску «тридцатьчетверок» 15-го танкового корпуса генерала Копцова.
Итоги завершившегося в районе города Алексеевка Белгородской области и поселка Ольховатка Воронежской области окружения 13 немецких, венгерских и итальянских дивизий представил один из сдавшихся в плен итальянцев: «Вновь ужасное зрелище: по бокам дороги видны трупы, изуродованные самым страшным и невероятным образом, который я когда-либо видел. Немецкие, венгерские и итальянские солдаты без голов, без ног, сломанные пополам, с половиной лица, превращенные в кровавые лепешки, из которых торчат кости, неописуемые кучи тряпья. Зрелище, которое невозможно описать. Бог мой! Как это страшно! Здесь прошли русские танки…»
Так закончилось для Италии участие в «крестовом походе» на Восток. Пленных было так много, что их некому было конвоировать. Просто указывали им направление на ближайший сборный пункт. Выжившие после длительного морозного и голодного этапа румыны, венгры и итальянцы содержались в организованном в феврале 1943 года в Тюмени лагере военнопленных №93.
Поредевшим и измотанным в длительном танковом рейде в Острогожско-Россошанской операции частям и соединениям Красной армии требовалась передышка, пополнение людьми, техникой и оружием.
Но в Москве были уверены, что после Сталинграда стратегическая инициатива удерживается прочно, а неприятель, потерявший на Восточном фронте до 102-х дивизий, к решительным контрмерам уже не способен.
Расценив отход немецких войск от Харькова, Генеральный штаб Красной армии разработал новую наступательную операцию. Даже ее название — «Скачок» — было проникнуто величайшим политическим оптимизмом. Уже 22 февраля 1943 года предполагалось форсирование Днепра — «подарок Родине к 25-летию Красной армии».
Командующие наступающими войсками получили директиву Ставки: «До Днепра осталось 400-450 км, а до весенней распутицы — 30-35 дней. Сделайте из этого соответствующие выводы… До разлива рек Днепр должен быть, безусловно, за нами».
Между тем противник сосредоточил западнее Харькова заново перевооруженные и полностью укомплектованные танковые дивизии СС «Адольф Гитлер», «Рейх», «Мертвая голова» и моторизованную дивизию «Великая Германия». В Запорожье прилетел Гитлер и приказал эсэсовцам: «Пленных не брать!»
Натиск 800 немецких танков застал советские войска врасплох. В день, определенный планом операции «Скачок» для форсирования Днепра (22.02.1943), части шести стрелковых дивизий и танковых бригад были окружены.
По данным противника, советские потери в «Красноградском котле» составили 12 тысяч человек убитыми, 61 танк и 225 орудий. Пропал без вести командир 15-го танкового корпуса генерал-майор Копцов.
На Берлин
В июле 1943 года 113-ю танковую бригаду преобразовали в 55-ю гвардейскую. За взятие города Васильков в Киевской области ей присвоили почетное наименование «Васильковская». Бригадой командовал до конца войны полковник Д.А. Драгунский, дважды Герой Советского Союза, будущий генерал-полковник танковых войск.
В своей книге «Годы в броне» он высоко оценил нашего земляка Фёдорова: «Каждый раз, когда в ходе боя становилось особенно трудно, я без колебания ставил на самые ответственные участки именно 1-й батальон, которым неизменно командовал сибиряк Фёдоров… На широких просторах орловских полей танкисты Фёдорова впервые встретились с хваленными немецкими «тиграми». Его танк в селе Слободка под Орлом в числе первых смелым тараном поразил вражескую машину. Легенда о неуязвимости «тигров» была развеяна в прах… Старшего лейтенанта Фёдорова наградили орденом Отечественной войны 1-й степени… Маленький, юркий комбат участвовал во многих боях и вызывал всеобщее восхищение своими ратными подвигами. Многочисленные ранения не задерживали его в госпиталях. «Умен, хитер, сноровист, — говорили о нем в бригаде. — Этот человек напролом не пойдет: двадцать раз взвесит и только тогда будет бить наверняка…» Шутили: «Кто его обманет, тот и дня не проживет…»
И это было абсолютно справедливо… Во Львовско-Сандомирской наступательной операции 1-го Украинского фронта его батальон в ночь на 18 июля 1944 года ворвался на ж/д станцию Красная, захватил большую группу пленных, десяток исправных машин с оружием и другими трофеями…
Для танкового батальона гвардии майора Федорова «звездной» стала Висло-Одерская наступательная операция. 13 января 1945 года танкисты внезапным ударом захватили ж/д станцию и аэродром юго-западнее города Енджеюв (Польша). Боевым успехом батальона воспользовался гвардии полковник Драгунский: развернул бригаду и атаковал город. «Мы, — вспоминал Петр Еремеевич, — захватили тысячи пленных, аэродром с уцелевшими самолетами, огромные склады…» Через пять дней танкисты Фёдорова ворвались в город Велюнь, форсировали реку Просна, разведали подходы к реке Одер и обеспечили переправу других частей 55-й гвардейской танковой бригады.
10 апреля 1945 года командующий 3-й гвардейской танковой армии маршал бронетанковых войск П.С. Рыбалко вручил комбату Фёдорову орден Ленина и Золотую Звезду Героя Советского Союза.
Дожить до победы
По словам начальника политотдела 3-й гвардейской танковой армии генерал-лейтенанта Н.С. Попель, «Всюду царила глубокая уверенность в успехе». Однако в танковых экипажах, несмотря на заверения политработников, что «немец уже не тот», знали — легкой прогулки к Берлину не будет. Это настроение отметил писатель И.Г. Эренбург в репортаже «Путь к Германии»: «Все понимали, что дело идет к концу, но никто не был уверен, что до него доживет… Близость развязки делала смерть особенно нелепой и страшной».
20 апреля на подступах к Берлину «тридцатьчетверку» гвардии майора Фёдорова подбили из одноразового гранатомета «Панцерфауст». Экипаж спас самодельный навесной экран из приваренных на броню листов металла. Фаустпатрон, пробивая такую защиту, терял убойную силу. Командир получил осколочные ранения рук и ног, но сумел выбраться из горящего танка.
После войны 55-ю гвардейскую танковую бригаду переименовали в 55-й гвардейский танковый Васильковский Краснознаменный орденов Ленина, Суворова и Богдана Хмельницкого полк. В аттестации на командира танкового батальона гвардии майора Фёдорова отметили: «…Общее образование — 6 классов, военное — курсы мл. лейтенантов в 1939 году. Общее военное и политическое развитие достаточное. Тактически подготовлен. Требователен к себе и подчиненным. Уставы и наставления Красной армии знает и выполняет. В бою смел и решителен. На поле боя ориентируется правильно. Умеет организовать наступление и оборону батальона. Физически здоров. Вывод: Занимаемой должности соответствует. Подлежит, оставлению в кадрах Красной армии. Желательно послать на учебу».
Зарегистрировав в Берлине брак с боевой подругой Анной Егоровой, гвардии майор Фёдоров отбыл в Ленинград на «10-месячные курсы подготовки по профилю командиров танковых батальонов при Высшей офицерской бронетанковой Краснознаменной ордена Ленина школы».
После окончания курсов служил командиром танкового батальона в 59-м гвардейском танковом Люблинском дважды Краснознаменном орденов Суворова и Кутузова полку 8-й гвардейской танковой дивизии 3-й гвардейской механизированной армии Белорусского военного округа. Полк дислоцировался на станции Пуховичи Минской области. В последний день 1956 года уволен по болезни с военной службы в звании подполковника. С того времени жил в Тюмени в доме №43 на улице Володарского.
В теплое солнечное утро 9 мая 1968 года Герой Советского Союза Пётр Еремеевич Фёдоров участвовал в открытии монумента Победы, где зажег первый в нашем городе Вечный огонь.
Фото: из архива Вслух.ру
