Для ликвидации последствий техногенной катастрофы с юга Тюменской области в разное время отправили 1200 человек.
26 апреля в России отмечают страшную дату — 30 лет с момента трагедии на Чернобыльской АЭС.
Владимир Панкратов дважды побывал на месте аварии. 26 апреля 1986 года он находился в Киеве в командировке. Завод отправил его покупать инструменты. Задание уже было выполнено, и в ожидании поезда он гулял по городу. Ничего не предвещало беды. Вспоминает, день был солнечный, на Крещатике проходили велогонки…
Уже в поезде, по дороге в Москву, в районе Припяти начался дождь. «Дождик идет. Крупный. И черно вокруг. Я думаю: что-то случилось нереальное», — вспоминает ликвидатор. В Москве по радио он услышал, что на Чернобыльской АЭС случился пожар. Больше о трагедии ничего не сообщалось.
Первые несколько дней все, что знали советские граждане: был пожар, огонь потушили. Все относились к произошедшему, как к рядовому событию. Однако Владимир Панкратов служил в химвойсках и сразу понял — придется ему ехать в Припять. В июле пришла повестка.
На саму станцию он попал не сразу — реактор был затоплен. Чтобы откачать воду, шахтеры строили подземный ход под станцию. Только 1 сентября их привезли на крышу реактора. Вспоминает тонны графита, обломки железа, завалы по грудь. Все это нужно было разбирать лопатами.
«Я знаком с радиацией, но первый раз залез на крышу и испугался масштабов катастрофы,» — говорит Владимир Панкратов. С собой из Чернобыля он привез «лепесток» — марлевую повязку, служившую единственной защитой от радиационной пыли.
Из средств защиты были и свинцовые фартуки, но работать в них было невозможно. Носить фартук было тем более бесполезно, поскольку уровень радиации зашкаливал. На работу на крыше реактора давали 40 секунд. Однако ждать своего выхода приходилось часами. Это время не учитывалось. Полученная доза радиации нигде не фиксировалась. Выбегали парами, по указанному маршруту. Времени хватало, чтобы взять лопаты и сделать несколько бросков. Так он проработал 15 дней. За это время получил свои официально-разрешенные 20 рентген и отправился домой. Ликвидаторы говорят, что на всех радиация влияла по-разному. Кто-то уже там ощущал сухость во рту, жжение на коже, у кого-то начинали выпадать волосы. Владимир Панкратов в самом Чернобыле не заметил никаких ухудшений в плане здоровья.
Между тем, через два года ликвидатор оказался на грани жизни и смерти. Врачи нашли опухоль. С 1988 года Панкратов на инвалидности. 26 апреля он и его товарищи придут на митинг в Сквер Мужества, чтобы вспомнить своих товарищей. Из 1200 человек 441 уже нет в живых.
