«Вслух.ру» продолжает серию публикаций о громких и расстрельных уголовных делах в Тюменской области прошлого века.
Известие о жестоком убийстве директора совхоза Ламенский Голышмановского района Федора Демьяновича Резинкина 1907 года рождения потрясло жителей Тюменской области. К расследованию гибели орденоносца, члена коммунистической партии с 1932 года подключилась не только прокуратура, но и сотрудники комитета государственной безопасности. Однако вскоре выяснилось, что это преступление не политическое, а бытовое. Убийца, в детстве страдавший болезнью «лунатика», так и не смог объяснить следователям, что толкнуло его на жестокое преступление.
Пьющий столяр
Ближе к вечеру 16 мая 1960 года ничего не предвещало беды. Накануне совхозный столяр Борис К. распил с кладовщиком бутылку водки и отправился домой. Проспавшись, он с женой в магазине купил детям велосипед, а себе поллитру водки и, собрав велосипед, стал учить детей кататься. Опустошив бутылку, следующим днем он проснулся мучимый похмельем, но все равно пошел на работу. В столярном цеху опохмелился с напарником, запив водку пивом и красным вином.
Из совхозной характеристики: «К. Борис Трофимович 1928 года рождения работал столяром в Хмелевском совхозе с 16 декабря 1953 по март 1954 года. Самовольничал, не выполнял указания прораба и хулиганил. На иждивении двое малолетних детей. Три года отслужил во внутренних войсках МВД.
С апреля 1954 года он работал столяром-плотником в совхозе Ламенский. Работать умел, но искал всегда выгодную работу по зарплате и в погоне за «длинным рублем» перевыполнял нормы. А за менее выгодную и тяжелую работу брался с неохотой. Он регулярно нарушал трудовую дисциплину и занимался пьянкой в рабочее время. В обществе и семье вел себя недостойно. Скандалил и дрался в семье".
Грозил убить тещу
Нарушитель трудовой дисциплины и хулиган Борис К. 19 апреля 1960 года попал в приказ по Ламенскому совхозу: «Несмотря на неоднократные предупреждения, столяр К. систематически занимался пьянкой в рабочее время, а именно 18 апреля справлял религиозный праздник (пасху) и не вышел на работу. Напился пьяный и вел себя недостойно. На основании вышеизложенного, приказываю за систематическую пьянку, не выход на работу и недостойное поведение на товарища К. Бориса дело передать в товарищеский суд».
Ранее жена Бориса написала заявление председателю сельсовета, в котором рассказала о муже-деспоте, своем бесправии и регулярных побоях. Муж не раз заявлял ей, мол, что захочет то с ней и сделает. «Побьет или убьет — полный хозяин надо мной. Прошу разобраться».
По утверждениям некоторых односельчан, Борис был рвачом, часто пил на работе и дома, бил жену и затевал со всеми драки. Правда, в них ему больше всего и доставалось. «В быту был дрянным человеком. Всем надоел своим поведением. Даже напился на второй день после товарищеского суда. Для острастки жены он стрелял из ружья в потолок квартиры и грозил убить тещу за то, что та вмешивалась в его семейную жизнь».
По дороге домой К. рассказали, что в деревне Журавлево у его родного дяди (он помог ему подняться на ноги после возвращения из армии) сгорел дом со всем хозяйством. Чтобы навестить родственника и узнать чем помочь, не протрезвевший Борис сначала пошел пешком в Журавлево и прихватил с собой ружье — на случай расправы с возможными поджигателями. Но потом передумал и решил попросить машину у директора совхоза Федора Демьяновича Резинкина.
Орденоносец, депутат
Федор Демьянович окончил Богородский сельхозтехникум, а потом заочно Курганский сельхозинститут. С 1932 по 1941 годы работал в системе министерства совхозов в Курганской области в должности старшего агронома совхоза. С 1941 по 1946 годы -директором совхоза, а после войны по 1951 год -директором Курганского треста зерновых и животноводческих совхозов.
В 1951 году его перевели в Тюменскую область директором Ишимского треста совхозов, где проработал до 1953 года. А когда началась реорганизация сельхозорганов, в июне возглавил Ламенский совхоз. Он избирался депутатом областного совета депутатов трудящихся и за многолетнюю самоотверженную работу награжден орденом Ленина.
Удивительно, но семья Резинкиных хорошо относилась к К., а сын директора, приезжая в отпуск, вообще ходил с ним на охоту и заряжал самодельные патроны. Директор помогал Борису при строительстве дома, которому выдал 5 тыс. рублей беспроцентной ссуды на стройку и выписал деловой лес на крышу.
Директор ценил профессионализм столяра и иногда заказывал ему изготовление мебели. В частности, за 600 рублей шофер Самусев и К. изготовили директору комод и шкаф, но директор попросил немного подождать с оплатой. Однако, напившись, К. бегал по селу и всем рассказывал, что бесплатно проработал на директора. Узнав о сплетнях, жена Резинкина принесла домой К. 300 рублей.
Роковой выстрел
Вооруженный К. застал Федора Резинкина у здания дирекции и попросил у него машину, чтобы съездить в Журавлево. При виде пьяного столяра директор отобрал у него ружье и со словами «спрячь» отдал проходившей мимо односельчанке.
Обидевшись на полученный отказ и догнав односельчанку, К. отобрал ружье, вернулся к директору, который вместе с прорабом Стародубцевым направлялся к детским яслям. Как только начальник остановился, К. снова потребовал у него машину и плату за работу по строительству дома. Директор заявил, что «такому подлецу я машину не дам» и посоветовал ему прийти за деньгами следующим днем и трезвым: «Иди проспись, потом приходи».
Тогда К. с расстояния в восемь метров выстрелил ему в голову. Ранение оказалось смертельным. Селяне подумали, что кто-то из ружья пугает ворон, а узнав об убийстве директора, сами задержали стрелка и сдали участковому уполномоченному милиции.
Смертный приговор
Около 17 часов акушерка Ламенской больницы пощупала пульс у лежавшего на земле Резинкина, а подоспевший врач сделали ему обезболивающий укол и искусственное дыхание, но директор совхоза скончался.
Тем же вечером на месте убийства главы совхоза прошло профсоюзное собрание с участием 585 человек. Выступающие лучшие телятницы, механики и управляющий фермой предлагали расстрелять заклятого врага-убийцу, судить его в совхозе и вынести высшую меру наказания: «Расстрелять его, чтобы подобным оставшимся выродкам было ясно, что их такая же участь ожидает». Чуть позже с аналогичной повесткой и резолюцией в совхозе прошли заседания и общественного суда.
Судья Тюменского областного суда Александр Николаевич Кайгородов приговорил К. к высшей мере наказания — расстрелу и обязал милицию уничтожить орудия преступления: двуствольное ружье 16 калибра, патроны и патронташ.
Оставшаяся с двумя малолетними детьми на руках, малограмотная и забитая жена осужденного обратилась в Верховный суд с просьбой отменить расстрельный приговор (текст без купюр): «Прошу Верховный суд сохранить жизнь моего мужа. Наши семейные дела не относятся к делу преступления. Без мужа на мои плечи ложится тяжесть. Росла сиротой когда умер отец, а у матери осталось трое. Работаю я прачкой зарабатываю лишь 175 рублей. Как я смогу правильно воспитать детей? Я прошу пожалеть моих крошек и высшую меру наказания заменить оставить жизнь моего мужа. Быть может через несколько лет отец этих маленьких крошек все-таки будет человеком он поймет он исправится. Я в этом уверена».
Однако Верховный суд оставил приговор К. без изменения.
Совместный проект «Вслух.ру» и Тюменского областного суда.
Фото: из архива судебной системы ТО
