В дни славы мастера поселили на Мойке, вблизи Зимнего дворца.
Иван Никитин промерз до костей, хоть и был одет в шубу. Дорога в Сибирь казалась нескончаемой. Везли его под конвоем, в пути не церемонились. Охрана понятия не имела, что это тот самый любимый художник Петра I, для конвоиров он — преступник. В 1737 году первого русского портретиста Никитина в простом обозе доставили в Тобольск и поселили в убогом домишке. Из-за чего же талантливый живописец впал в немилость?
Царское покровительство
А начиналась творческая биография нашего героя как в сказке. Царь Петр I, увидев «художественные опыты» Никитина, спросил об авторе. Ему доложили: «Сын священника, лучший певчий в Вашем, Государь, походном хоре. Обучен „счетной мудрости“, латынь разумеет, в рисовании многое сам постиг. При Оружейной палате теперь служит».
Петр велел направить Ивана к своему придворному живописцу Иоганну Таннауэру. Этот немец, приглашенный из Европы, мастерски писал портреты царских особ и знатных персон. Но императору хотелось иметь русских художников, чтоб они не уступали иностранным. Через некоторое время Петр узнал, что Иван делает успехи. В награду отправил его в Италию, «чтоб мастерства там поболе набрался». Это был 1716 год.
К месту назначения доморощенный художник ехал в богатой карете вместе с русским послом Петром Беклемишевым. В Венеции посол позаботился о достойном житье царского избранника. Иван учился в Венецианской академии художеств, затем — у лучших профессоров Флоренции.
В 1720 году художник вернулся в Россию. Теперь он «двора Его Величества персонных дел мастер» или по-модному — «гофмалер». Государь подарил Никитину дом на Мойке, вблизи Зимнего дворца, чтобы придворный художник всегда был рядом. Живи, твори!
Сваха — сама императрица
И он писал портреты царских персон и сильных мира сего, его мастерство оценили знатоки искусства. Да, явился в России живописец европейского уровня!
В 1721 году Петр с Екатериной пребывали на острове Котлин, что в 30 км от Санкт-Петербурга. Востребовали они к себе гофмалера Никитина. Иван вскорости прибыл с мольбертом, полотном, красками. Императрица с любопытством наблюдала, как работает мастер: в его взгляде, в легком движении руки над полотном было что-то завораживающее. Художник не просто создавал узнаваемый лик, проникал в душу.
«Такое сокровище и… ничей! Женить бы его», — вздумалось Екатерине. В невесты она выбрала Марию, дочь своего камердинера (комнатного служителя). Из собственных средств выдала хорошее приданое.
Жених не мог перечить императрице. Его и не спросили, по сердцу ли невеста.
В 1727 году после свадьбы Никитин с молодой женой Марией Федоровной переехал в родную Москву.
«Портрет напольного гетмана» И. Никитин, 1720-е годы. Почтовая марка
Мария была красавицей, нраву горячего. Она любила увеселения, богатые наряды, а Иван вечно занят работой. Когда Никитин создавал свой шедевр «Портрет напольного гетмана», его супруга кружила головы ухажерам на балах.
Щеголь, фаворит Петра II Иван Долгоруков осыпал красавицу подарками, клялся в любви, и Мария явилась на свидание.
«Не блудить и не лгать»
А Никитин приехал на маскарад, там — музыка, смех, шампанское… К нему приблизилась маска, шепнула: «У твоей Машеньки рандеву с князем…»
Скверно после того маскарада потянулись дни: в постоянных ссорах с женой. Родился ребенок. Художник глянул на младенца и понял, что маска права.
Никитин был в страшном гневе, жена мигом его осадила: «Ты потише! Пожалуюсь Ванечке Долгорукову, и не быть тебе при дворе!»
Иван смирился. Потерять любимую работу для него страшней всего. И вдруг какая весть! Князь Долгоруков женится на дочери генерал-фельдмаршала Шереметева Наталье.
Мария вынула Ванечку из сердца вон. Вскорости императрица Анна Иоанновна отправила семейство Долгоруковых в ссылку в Сибирь.
Иван воспрял духом. По совету родного брата Иродиона он прочел старинную книгу наставлений «Домострой». Мудра сия книга предков! С этим раритетом он — к супруге, надеялся ее вразумить: «Вот, дорогая моя, послушай! Глава «Наказ мужу и жене, и детям, и слугам о том, как следует им жить», — он стал читать с чувством. — «Не блудить, не лгать, не клеветать…»
Мария лишь усмехнулась. У нее уже был другой воздыхатель…
Подпольный кружок
Никитин от такой семейной жизни сделался замкнутым, мрачным, набожным.
Расстрига Осип Решилов был кузеном братьев Никитиных, он вовлек их в подпольный кружок допетровской старины. «Все беды России от иноземцев, понаехавших несметно, от богослова Феофана (Прокоповича), все они вносят смуту в умы русских людей», — убеждал Осип.
При Анне Иоанновне вести подобные речи было крайне опасно. Расстригу потребовали к ответу, и кузен оговорил братьев Никитиных, якобы они распространяли тетради пасквильного содержания.
В августе 1732 года Ивана и Иродиона допросили в Тайной розыскной канцелярии, затем отправили в Петропавловскую крепость. 5 ноября 1737 года Ивана признали государственным преступником, в наказание его били плетьми на площади. Затем, как и его братьев, сослали в Сибирь на вечное поселение.
Начальник тайной канцелярии Андрей Иванович Ушаков, потрет неизвестного художника
Начальник тайной канцелярии Андрей Иванович Ушаков проявил милость, позволил Ивану взять с собой пожитки. По отзывам современников, Ушаков, управляя суровым ведомством, «производил жесточайшие истязания, но в обществах отличался очаровательным обхождением». К слову, его внучка Наталья Голицына стала прототипом героини повести А. Пушкина «Пиковая дама». Но посмотрим, какая карта выпала бедному художнику.
Сны о Флоренции
От полученных плетей у него нестерпимо болела спина. Нашлась в Тобольске добрая знахарка-старушка, лечила снадобьями, жалела: «Ишь, касатик, как по тебе прошлись. Но ты к батюшке сходи. У тебя душа мается. От болезней душевных — все наши телесные хвори…»
Иван послушался. Попросили его расписать иконостас, художник снова взял в руки кисти. Работой и жил. Купцы местные зачастили с заказами: «Рисуй с меня портрет. Дочку и жену изображай, чтоб любование вышло».
В 1740 году в Тобольск долетела весть: правительницей стала Анна Леопольдовна. Вскоре государыня велела освободить из ссылки Никитина: «Полно ему там купчин расписывать!»
В 1741 году на скопленные деньги Иван тронулся в путь. За тарантасом — пыль столбом… Вот и Тюмень показалась.
Свято-Троицкий монастырь, на который любовался художник. В ту пору купола его не были позолоченными
Сплошь деревянные избы, белеют храмы господни, радостно светятся на них кресты. Тура синею лентой изгибается…
Ему было за 60, когда он возвращался из ссылки. Снова вспыхнули надежды на лучшее. Вспоминался покровитель, государь Петр Великий. Во сне являлась ему Флоренция, где часами бродил он по улицам «неземной красоты» и был счастлив. Через век великий русский композитор Петр Ильич Чайковский напишет свое произведение «Воспоминания о Флоренции». Наверное, подобные чувства испытывал и художник Никитин.
Но не суждено ему было вернуться домой, в пути он скончался…
PS. История не сохранила образ знаменитого живописца, может, он так и не запечатлел себя…
Источники
«Картины государственного Русского музея», (комплект фотокопий, выпуск 1), 1976
«Домострой», издание 1990 года
Дмитрий Инзов, журнал «Русская история», №12, 2022
Л. А. Пиманова, «Земля открытий», 1993
