Когда из Новосибирска приехал профессор Ферсман, он сказал, что из 1 000 таких операций только один остается жить.
В годы войны в госпиталях Тюменской области было спасено свыше 70 000 раненых и больных воинов Советской Армии.
В сентябре 1941 года в Тюмени была сформирована 368 Краснознаменная Печенегская стрелковая дивизия. В её состав вошел 461 отдельный медицинский батальон.
В регион было эвакуировано огромное количество промышленных предприятий, учебных заведений, детских домов, госпиталей. В Тюмени, Ишиме, Ялуторовске и Заводоуковске было сформировано 23 эвакогоспиталя, которым были представлены лучшие здания.
В областном центре было развернуто порядка 11 госпиталей в 26 зданиях на шесть тысяч коек. Каждый из госпиталей специализировался по характеру ранений: терапевтический, хирургический, травматологический, психоневрологический, инфекционный и др. В них работали более шестидесяти врачей, сотни фельдшеров и медицинских сестер.
В начале войны число терапевтов в 5 раз превышало число требующихся, а число хирургов было в семь раз меньше того, что необходимо. Поэтому очень остро стоял вопрос о подготовке хирургов сразу на рабочем месте, в госпиталях. На госпиталь приходилось 2−3 хирурга, а иногда и один ведущий. За операционным столом хирурги готовили вторых хирургов, многие из которых потом так и остались работать по этой специальности.
Мягким инвентарем госпитали были обеспечены на 2, 5−3 смены. Не хватало бинтов. Госпитали были слабо обеспечены мылом, керосином, фуражом. Не хватало писчей бумаги. Медицинская документация нередко велась на оберточной бумаге, обрывках бумажных пакетов, газетах, страницах книг и журналов и часто раствором марганцево-кислого калия из-за отсутствия химических чернил.
В тюменских госпиталях трудились лучшие врачи: Николай Сушков и Павел Сазонов, Вера Утробина, Михаил Панасюченко, врачи — начальники госпиталей:
Николай Васильевич Сушков оперировал не только в госпитале № 1500, но и в других госпиталях. Однажды прибыл поезд с ранеными и среди них оказался раненый 28 лет. Осколок нужно было извлечь из сонной артерии, провел эту операцию. Раненый выжил и после выздоровления был направлен в свою часть. Когда из Новосибирска приехал профессор Ферсман, он сказал, что из 1 000 таких операций только один остается жить.
Павел Сазонов проявлял хирургическую инициативу. Оперируя раненых в стопу он применял собственные модификации костнопластической операции
Энтузиазм и огромная работоспособность всего медицинского персонала во многом способствовали тому, что 72,3% раненых и 90% больных воинов возвратились в боевой строй, продолжали борьбу с немецко-фашистскими захватчиками.
_По материалам Ольги Ланчук, заведующей Музеем истории медицины им.
