Огромная беда в одночасье свалилась не только на взрослых, но и на хрупкие плечи ребят. Однако, несмотря на свой нежный возраст, дети ковали победу в далеком тылу.
Современная молодежь вряд ли сможет себе даже представить, что довелось пережить их юным сверстникам в годы Великой Отечественной войны. Огромная беда в одночасье свалилась не только на взрослых, но и на хрупкие плечи ребят. Однако, несмотря на свой нежный возраст, дети ковали победу в далеком тылу. Они хотели быть счастливыми, мечтали о победе и светлом будущем. Поколение Лилии Харитоновны Бирской — поколение честных, трудолюбивых людей, патриотов своей Родины. Великой ценой далась им победа, и самым главным оружием в ее достижении была воля и сила духа.
Родилась она в Тюмени 2 октября 1928 года в маленькой комнатушке деревянного дома на улице Хохрякова, 37. Лилия Харитоновна почти не помнит отца, которого в 1937 году увез в бездну «черный воронок» НКВД. В ту ночь она проревела до рассвета со своими тремя, вмиг осиротевшими сестрами. Семья осталась без кормильца, а акушерской зарплаты мамы Марии Семеновны еле хватало сводить концы с концами.
Когда диктор по радио объявил о начале войны, Лилия переходила в пятый класс школы № 2, что на улице Водопроводной. Страшное известие застало ее дома. Чтобы хоть как-то содержать семью, мама кардинально сменила специальность и пошла токарем в вагонное депо. Зарплата на железной дороге была относительно высокой, и работнику полагался продуктовый паек. К тому времени объявили мобилизацию и практически все мужчины, в том числе и мамин токарь-наставник, отправились на фронт, а женщины и дети заменили их на производстве. Мама Лилии быстро приспособилась на новой работе, точила огромные детали и даже стала стахановкой.
С началом войны не стало у детей каникул… Летом 1941 года 12-летнюю Лилию вместе с классом вывезли в поселок Боровский на торфозаготовки и поселили в местной школе. Трактор специальным плугом нарезал торф, а ребятишки шли следом и, утопая ногами в болотной жиже, переворачивали пропитанные водой тяжелые пласты для просушки. Потом торф грузили в вагонетки и как готовое топливо отправляли в Тюмень на тепловую электростанцию.
Пока лето и тепло, работать можно, а с наступлением осенних холодов обувь и одежда не успевали высыхать. Просушить было негде. Чем и как их кормили, Лилия Харитоновна не помнит. Спали все в школьных классах на соломенных матрасах, разбросанных по полу. Хорошо, сердобольные местные женщины нанесли им тряпок, чтобы было чем укрыться и не мерзнуть по ночам.
«Удивительно, но в тех адских условиях никто даже не чихнул, а нынешняя молодежь из больниц не выходит… Потом уже, в возрасте, сказался этот торф ревматизмом. А может, и не торф, а лесозаготовка. Мой пятый класс в январе 1942 года буквально десантировали валить лес в деревню Еремино Нижнетавдинского района. Учитель привез в село, поставил задание готовить дрова и уехал, оставив одних без пил и топоров. Дети по 3−4 человека расселились в домах колхозников, у которых потом брали изношенный плотницкий инструмент. Смешно вспомнить, как в мороз пилили сосны беззубыми пилами, а сучья рубили тупыми топорами. Взрослых рядом не было. Мы сами назначили себе старшего — делового, рослого и авторитетного одноклассника Николая Белозерова. Сейчас даже трудно представить, как можно было доверить детям валить лес. А тогда для всех людей один лозунг звучал: «Все для фронта, все для победы!» — вспоминает Лилия Харитоновна.
Сваленные сосны дети разбирали на ветки и стволы, которые потом пилили на маленькие чурочки. Суточная норма на каждого под кубометр мелких дров. Они, как потом оказалось, служили топливом для грузовых машин с паровыми двигателями. Едет водитель на такой машине, одной рукой рулит, а второй подбрасывает чурочки в горящую топку. С бензином и соляркой тогда в стране была напряженка. Вначале все не справлялись с заданием, а потом как один стали выполнять норму. До весны продержались. Мерзли в снегу, но рубили лес, а за чурками из Тюмени периодически приезжала машина.
С осени до лета ее класс учился в школе, а потом опять работал на полях под Тюменью. Весной-летом пололи картофельные и морковные поля у Ембаево, Тураево, Малой Каскары, Борового, Кулаково, а осенью в Новую Заимку ребят возили на уборку овощей. Там даже состязались, кто больше ведер картошки наберет. Морковку и репу ели сырой, а картошку пекли на костре.
Комната Лилии Харитоновны опустела за войну — из мебели осталось одно радио. Чтобы прокормить большую семью, мать продала стулья, кровати и стол. Спали потом всей семьей на печке. «Как все-таки хорошо государство относилось к народу — шла война, а нас учили в школе. Сразу после выпуска из семилетки все ребята ушли на фронт, а я поступила в кооперативный техникум и, получив диплом плановика-финансиста, какое-то время проработала плановиком в Совнархозе. Пришло время выходить замуж, рожать детей, а на войне всех мужчин перебили. Мальчиков не было даже в техникуме».
Через несколько лет Лилия вышла замуж за тюменского художника Павла Суханова. Он долго болел, а потом трагически погиб на железной дороге. Родившуюся дочь растила одна. С 1961 года перешла на работу в Главтюменнефтегаз, где до пенсии трудилась инженером отдела кадров.
Несмотря на пережитое лихолетье и удары судьбы, Лилия Бирская считает себя счастливой, а жизнь — удавшейся. У нее замечательная дочь, прекрасный зять, трое внуков и девять правнуков. Она благодарна государству и предприятию, что помнят и заботятся о ветеранах Великой Отечественной. А особые слова благодарности она выражает руководителю фонда имени
Любовь к художественному слову Лилии Харитоновне еще в школе привила ее учительница русского языка и литературы Юлия Кадочигова, сумевшая разглядеть талант в маленькой девочке. Но писать стихи она начала только с выходом на пенсию и на сегодняшний день опубликовала уже более 400 произведений о войне, любви, детях, природе и Родине.
Именно Родине посвятили свою жизнь, как и девочка Лилия, тысячи мальчишек и девчонок. Сегодня, в преддверии Дня Победы, назвать их судьбы можно и тяжелыми, и трагическими, но они всегда были и будут были маленькими Героями своей страны.
Наша молодость
_А в те года, далекие для вас,_
_Когда мы были молодыми,_
_Звучал в саду наш вальс_
_И самыми счастливыми мы были._
_Но все исчезло, словно в страшном сне,_
_Без слез об этом вспоминать не можем,_
_Встревожило известье о войне._
_Шли на вокзал колонны молодежи._
_Остались здесь невесты, сестры, жены,_
_Чтоб стать к станкам и заменить мужчин._
_Трудились мы без отдыха и смены,_
_Но слез своих не лили без причин._
_Все пережило наше поколенье:_
_И близких смерть, и ненависть к врагу._
_Но день Победы, этого мгновенья_
_Я позабыть, поверьте, не могу._
_И в памяти моей поры той люди,_
_События прожитых тяжких дней,_
_Те юноши, что встали на защиту_
_Свободы, счастья, Родины своей!_
