В начале 1990-х я с горечью в душе переживал за ставшую в миг чужой малую Родину.
Родившись еще в советском Крыму, там же получив военное образование, а в 1982-м уехав по распределению в Россию, я гордился своей малой родиной и при каждом удобном случае заезжал в родительский дом. Хоть на пару дней. Прогуляться по набережной красавицы Ялты, вдохнуть свежего морского воздуха, попить изумительных массандровских марочных вин и повидаться с друзьями-товарищами.
Но после «Беловежской пущи» в начале 90-х я с горечью в душе переживал за ставшую вмиг чужой малую родину. С легкой руки политика Крым отошел Украине.
В это время под угрозой смерти выдавленные из Средней Азии крымские татары вереницами потянулись в Крым, самозахватом «осваивая» пахотные земли близ Симферополя и даже заповедные территории Никитского ботанического сада.
До сих пор на захваченных полях вокруг столицы Крыма памятниками 25-летней давности «красуются» лачужки из желтого камня-ракушечника.
Павловская денежная реформа 1991 года сильно подкосила благосостояние переселенцев. Продав в Узбекистане жилье, они так и не смогли ничего купить в Крыму. Деньги собирали крупными купюрами по 100 рублей, которые и были изъяты из оборота в кратчайшие сроки. Обменять на новые «сотки» можно было только небольшую сумму и накопления превратились в простые бумажки.
В каждый мой приезд в Симферополь — не важно, зима или лето — народ пикетировал здание Верховного совета Республики Крым. У «гайки» (сленговое его название) палаточные городки разбивали крымские татары, требуя от властей полной автономии и заселения южного берега Крыма, а потом и коммунисты, в надежде на лучшую долю для жителей автономии.
На мой взгляд, народ нищал с каждым годом, а любой приехавший из России человек казался аборигенам очень зажиточным. Пенсии старикам хватало только на коммуналку, а тогдашний президент Украины Кучма поверг в шок голодных стариков своим надменным высказыванием. Дескать, не надейтесь на повышение пенсий — дети должны кормить своих престарелых родителей. Мне пришлось со слезами на глазах продать отчий дом с персиково-черешневым садом и забрать мать в Тюмень.
Начало 1990-х годов ознаменовалось в Крыму переделом собственности. Бандитские разборки заканчивались кровавыми перестрелками. По ночам трассеры летали над Симферополем и рвались фугасы у дверей банков. Приехавшие из бывших южных республик «багдадские» воры срослись с местным криминалом от братьев Башмаковых и толпами наезжали на рыночных торговцев, требуя денег или товара.
Огромный Симферопольский телезавод, выпускавший дефицитные тогда цветные «Фотоны», под видом приватизации разграбила дирекция. Помимо уничтоженной и разворованной птицефабрики «Южная», приказало долго жить еще одно крупнейшее предприятие Симферополя — завод «Фиолент», раньше успешно работавший на оборонку СССР. Безработная молодежь спивалась, наркоманилась и вымирала. Городское кладбище на Абдале за последние 23 года увеличилось втрое.
По словам моих родственников, остававшихся все это время в Крыму, молодежь выезжала на сезонные заработки в европейские государства. Убирали виноград в Испании, устраивались разнорабочими на немецкие предприятия, кто-то ехал на заработки в Россию. А крымско-украинские бандиты на польских и германских границах «напрягали» на деньги своих соотечественников, коммерсантов-челноков.
В один из моих приездов в Симферополь в середине 1990-х я спросил у местного милиционера, как дела обстоят с преступностью. Он меня удивил ответом: «Все жулики к вам в Россию уехали — в Крыму уже нечего красть».
В моей юности клумбы в центре Симферополя всегда благоухали изысканными сортовыми розами, а четыре года назад я ужаснулся от вида парка имени Тренева — огромные неухоженные деревья и высокие заросли сорняка. Причем, роскошный овсюг тянулся к солнцу на клумбах у дома Советов и пробивался сквозь побитые плиты красного мрамора у памятника Ленину на одноименной площади.
Еще в больший шок меня повергли дикая застройка закрытыми отелями прибрежной полосы Черного моря, надписи «Частная собственность» на огороженных колючей проволокой пляжах и охранявшие их далеко не вежливые парни в белых рубашках и черных штанах с радиостанциями в руках. Несмотря на свой огромный потенциал, Крым сильно обнищал.
Расплодились экстремистские религиозные организации, пагубно влиявшие на стабильность в регионе. Русскоязычное население неуютно себя чувствовало во время массовых митингов за отделение Крыма в крымско-татарское государство под турецким влиянием.
Я с тревогой наблюдал за пожаром на киевском майдане, чей ядовитый огонь приближался и к Крымскому полуострову в виде групп национал-боевиков. Но им все «испортили» вежливые люди. Надо отдать должное политической воле нашего президента, избавившего Крым от участи Донбасса.
За новой судьбой моей малой родины я слежу по электронным письмам одноклассницы Людмилы (орфография и пунктуация автора сохранены):
17.03.2014
_"У нас тут все рады, что правда восторжествовала, и поздравляют друг друга. Мы очень рады. Ощущение, как после Победы в Великой Отечественной войне. У людей слезы радости часто видны на глазах. В Симферополе было, как и показывала Россия 24, спокойно, радостно. Люди, как муравьи, дорожки к избирательным участкам прокладывали. Все друг к другу приветливые, даже незнакомые, как в старые добрые времена. Я сама не ходила раньше на выборы 20 лет — не выбирала президентов. А вчера с утра с радостью полетела. Немного огорчает меня, что есть молодежь, причем честная и по-своему патриотичная, одурманенная Интернетом. Телевизор они не смотрят, а Интернет — антироссийский. Они говорят: «Мы родились и жили в Украине — это наша Родина. И сейчас разделение Украины для них трагедия, которую мы переживали, когда разрушали СССР». Многие наши одноклассники ходили на митинги. Я о них (о митингах) узнавала уже позже, из телевизора. Взрослое население единогласно выбирало Россию. Сегодня мы счастливы!"_
30.06.2014
_"У нас по-прежнему переходный период. Трудности есть, но по сравнению с юго-востоком Украины красота. Перешли на рубли, заработали российские банки, цены, правда, выросли, а зарплаты пока нет. Лучше всего пенсионерам и чиновникам, они самые защищенные. Но настроение по-прежнему положительно-патриотическое у взрослого населения. Многая молодежь еще не может смириться и считает, что мы — зомбированные ТВ. Парк Тренева обновили, на клумбах не розы, но очень красивые полевые цветы, фонтаны отреставрировали. А в зоопарке появились новые жильцы — носуха и амурский тигр. На рынке всевозможные ягоды и фрукты. И, главное, мирно, спокойно"._
10.03.2015
_"Что сейчас в Донбассе творится, в голове не укладывается. И в Крыму, ты предупреждал, могло быть еще страшнее"…_
Для крымчан желание попасть домой пересилило страх перед возможными трудностями. Они честно смотрят на ситуацию, и ничто не было способно помешать их возвращению на Родину. И они вернулись.
_Фото Александра Аксенова, Черноморский район Крыма, февраль 2015_
