Железные двери и решетки на окнах справедливо можно назвать одной из примет времени.
Мой дом — моя крепость. Этот лозунг свободолюбивых европейцев как нельзя лучше был воспринят в современной России. Причем в самом буквальном смысле. Железные двери и решетки на окнах справедливо можно назвать одной из примет времени. И как это часто бывает, россияне в своем стремлении упрочить неприкосновенность жилища пошли гораздо дальше западных граждан и поставили металлические двери на подъезды. Однако насколько это оградило обывателя от потенциальных угроз с улицы?
Как разъяснил «Вслух.ру» юрист, управляющий партнер тюменской фирмы «АССА» Павел Смирнов, такая широкая трактовка конституционного права на неприкосновенность жилища порой противоречит другому не менее важному праву — на свободу передвижения. Речь в данном случае идет о «глухих» дверях, то есть не оборудованных домофонами.
Кодовые замки или замки с ключами ограничивают доступ в подъезд для лиц, не проживающих в конкретном доме. Возникает вопрос: а на каком основании можно не пустить человека в любой многоквартирник? Неприкосновенность жилища на подъезд не распространяется, ведь он не является жилищем в юридическом смысле.
В нынешних условиях большинство обывателей ответит встречным вопросом: а что нужно человеку в подъезде, если он там не проживает? Дескать, приличные люди по чужим парадным не шатаются, а посторонние — это, как правило, преступники, наркоманы или бомжи. И именно им преграждают путь металлические двери и замки.
В такой позиции, несомненно, содержится доля истины. Однако существующий бум на двери и замки свидетельствует не только и не столько о стремлении людей обезопасить свою жизнь. К сожалению, сложившаяся ситуация — это еще и следствие инертности нашего общества, желание отгородиться от социальных проблем. Но как наивно полагать, что наркомания и преступность проникают в нашу жизнь через двери. Также нелепо надеяться, что справиться с социальными болезнями способны компетентные органы, в то время как граждане будут пассивно выжидать в своих «крепостях».
Все это, естественно, не означает, что надо перестать запирать квартиры и машины, мол, замки и двери все равно не спасут. Необходимо понять, что они не спасут сами по себе. Только когда люди перестанут прятаться от окружающих проблем, когда перестанут видеть в первом встречном врага и преступника, тогда можно будет всерьез говорить о начинающемся оздоровлении нашего достаточно криминализированного общества.
«Разумеется, мое мнение далеко не конечное, — говорит юрист. — Например, врачи скорой помощи, полицейские, сантехники и прочие добрые люди нередко долго возмущаются, а порой и громко ругаются, стоя возле запертого подъезда. Вроде как хотим помочь, а не можем.
Некоторые тюменские теоретики-правоведы утверждают, что здесь нет никакого нарушения права граждан на свободу передвижения. Легкое ущемление, да, присутствует. Но оно не больно бьет по соотечественникам. Подумаешь, пришел кто-нибудь в гости, тщетно прождал у закрытой двери минут тридцать-сорок. Докричаться не докричался до девятого этажа, померз на двадцатиградусном морозе и удалился в поганом настроении. Стало быть, только домофоны приемлемы в наших условиях. Но они не всегда по карману жильцам, даже в сегодняшнее относительно благополучное время".
Понятное дело, все сферы деятельности человека не урегулировать нормами права. Мир спасет (и собственника в том числе) лишь внутренняя культура самого человека, убежден Павел Павлович.
Фото: Вслух.ру
