Много вопросов, в том числе и от журналистов тюменских СМИ, про выборы, про президента, про партию «Единая Россия» задали слушатели радио «Эхо Москвы» Михаилу Жванецкому 19 ноября, накануне его концертов в зале «Россия».
Вот цитаты Жванецкого.
«Я ни в какую партию не пошел, сохраняю независимость, и мне кажется, было бы зрителям неприятно видеть меня в каком-то клипе, ролике, где я бы там на фоне восходящего солнца, либо водопада, допустим, призывал вступить в нашу партию совершенно серьезно…».
«Я не воспринимаю Грызлова как политика. Для меня это министр внутренних дел, — что бы он ни говорил как политик — мне неинтересно, потому что я беззащитен в этом мире. Лично я, Миша Жванецкий, Кшиштоф Пендерецкий… - мне нравится очень эта фамилия, — как Кшиштоф Пендерецкий я очень беззащитен, и моя задача — уцелеть. Мне все равно, что происходит, мне все равно — я среди всей этой инфляции, экономики беззащитен. Вот я хожу среди государства, хожу по улицам этого города, — я одинок. Поэтому что бы мне ни говорил Грызлов — как поддержать, как поднять имидж и министра, и самих МВД, и милиции, — мне это все малоинтересно. Мне даже малоинтересна борьба с инфляцией, пока я беззащитен. Пока я борюсь за то, чтобы уцелеть посередине этого государства, пока я от звука шагов в пустынном переулке могу сойти с ума. Конечно, то, что я говорю, мало похоже на юмор, но и то, что говорит Грызлов — тоже мало похоже на юмор. Так что нам нужно как-то всем сосредоточиться».
«Сейчас вопрос о любви к Путину звучит все строже и строже, причем спрашивают уже не только сверху, но уже и сбоку спрашивают, скоро снизу будут спрашивать, как тогда, до войны — уже начинали снизу спрашивать, и самые строгие вопросы были снизу. Но отвечу на первый вопрос — нет, не боюсь шутить по поводу Путина, и в адрес Путина. Что бояться? Во-первых, я там уже был. А во-вторых — действительно это все не страшно, — мне лично не страшно. Я вылез из подполья, и могу влезть обратно туда. Я прекрасно знаю, что слово, сказанное там, в 10 раз слышнее, успех — гораздо мощнее. Там уже не нужно быть художником, там нужно быть просто нормальным человеком — в подполье, я имею ввиду. И та популярность, которая была у тех, тогда, — она не сравнима с тем, что сейчас тебя раскручивают, раскручивают, — сверху, снизу, сбоку, — кроме раздражения ты ничего не вызываешь. Поэтому когда я слышу, как поет раскрученная девочка, мне всегда хочется. у меня тут шутка такая, — сесть ей на лицо».
«Не ставлю задачу писать смешно, и раньше не ставил. Просто раньше во мне это веселье било через край, и получалось. И сейчас есть некоторые вещи, — ну, такие, как выборы, — которые сразу вызывают во мне веселье. Вот это начинает бить фонтаном и ведет моей рукой, и ложится так на бумагу. Вот и говоришь разные вещи — вот сегодняшняя трагедия — выборы, — пишу я. — это большая трагедия, это я еще писал там про выборы на Украине — за два дня я насмотрелся, профессора-академики. но рожи., — пишу я, — это что-то страшное. Почему они хотят в парламент? Есть же рестораны, кафе, ночные клубы, — иди туда.».
На вопрос о том, не опасается ли Жванецкий, что Грызлов с Путиным отнимут хлеб?
«Да, опасаюсь их, конечно. Я сам только что слушал эти предвыборные дебаты. Ну, Грызлов с Путиным. — но дебаты как интересно слушать — Жириновского, Рогозина, что они отвечают. и при этом набирают голоса — вот каким образом? Это так интересно слушать. Грызлов? Как раз я не думаю, что это удачный пример. Владимир Владимирович осознанно шутит. По специфике своей. Так что я боюсь и не боюсь — жизнь такая. Вот это все выберется в парламент — что потом с этим делать?».
