Книгу Юрия Мандрики "Цензура поэтики и поэтика цензуры. Часть 1" представили сегодня на кафедре издательского дела ТюмГУ.
Книгу Юрия Мандрики «Цензура поэтики и поэтика цензуры. Часть 1» представили сегодня на кафедре издательского дела ТюмГУ. Издатель, журналист, кандидат филологических наук и краевед, Мандрика выпустил трёхсотстраничную «коллекцию сведений о сибирской частной печати конца XIX — начала XX в. в жанре patchword» в 50 экземплярах, половину из которых купила городская библиотечная система, ещё 16 были разосланы по библиотекам страны. Желающие могут почитать книгу не только в библиотеке, но и на персональном компьютере, благо, электронная версия доступна для скачивания, например, тут или в ответ на запрос по адресу lukitsch_mandr@mail.ru.
По словам заведующей кафедрой издательского дела и редактирования Натальи Дворцовой, Мандрике когда-то прочили карьеру романиста. Прочитав «Цензуру», писатель [Виктор Строгальщиков](/thesaurus/51 398) тотчас позвонил автору и сообщил, что текст вполне сравним с романом. Да и сам Юрий Лукич признаётся, что недалёк от модного жанра нон-фикшен.
«Это не совсем монография в традиционном понимании. Действительно, набор сведений, как и обозначено в подзаголовке, — говорит кандидат исторических наук Фёдор Корандей. — Написано довольно увлекательно, так что будет интересно не только научному сообществу, но и обычным читателям, потому что цензура — это то, что касается всех нас».
Юрий Лукич исследует историю провинциальной дореволюционной прессы и формулирует гипотезу, которая расходится с устоявшимся в историографии мнением: «Считается, что с помощью цензуры царское правительство боролось лишь с идеологией революционеров. Думаю, это не соответствует действительности. В период модернизации России в XIX веке ставилась жесткая задача — „сформировать“ публичного человека, умеющего отстаивать свою точку зрения на улучшение жизненных условий не путем революционной борьбы, а исключительно в рамках существующего законодательства». По мнению Мандрики, цензура — нормальное явление для государства, которое стремится сохранить свою целостность, вот именно поэтому необходим закон, который бы определил отличие политкорректности от цензуры и позволил бы противостоять последней и отстаивать свои конституционные права.
Мандрика собирал материал в провинциальных и столичных архивах последние 7 лет. Начал писать научную статью, а когда она разрослась неимоверно и издающая сторона предложила сократить, автор отчасти из чувства противоречия решил не сократить, а расширить до книги. «В ней много персонажей, линий и сюжетных тупиков, они появились потому, что мне не хотелось терять факты, которые, возможно, никто больше не раскопает», — говорит Юрий Мандрика.
«Поражает и восхищает обилие первоисточников, на основе которых она создана — огромное количество архивных материалов, десятки архивов — как столичных (Центральный исторический архив Москвы; отдел рукописей Института русской литературы, Санкт-Петербург; Российский государственный исторический архив, Санкт-Петербург
