Вовремя проведенное вмешательство способно восстановить кровоток или дать сердцу возможность биться ровнее.
_В Тюменском кардиоцентре каждый день спасают людей — планово и экстренно. Врачи днем и ночью делают операции для сохранения жизни людям с болезнями сердца. Только первичных баллонных ангиопластик при остром инфаркте миокарда ежегодно выполняется около трехсот. Патологии сердечно-сосудистой системы по-прежнему остаются лидирующей причиной смертности среди населения Тюменской области. Но вовремя проведенное вмешательство может восстановить кровоток или дать сердцу возможность биться ровнее. Об этом — две истории пациентов кардиоцентра._
Три электрода в сердце
Профессор ТюмГУ на пенсии Валерий Евгеньевич Борисенко — пациент постоянный. 15 лет назад у него случился инфаркт, с тех пор ученый перенес несколько операций. А в январе 2018 года 78-летнему тюменцу провели одно из самых сложных вмешательств — имплантацию кардиовертера-дефибриллятора.
Сбои в работе сердца мужчина замечал с 35 лет, однако не придавал им большого значения. На протяжении еще примерно 20 лет профессор не обращался к врачам, пока не сложилась экстремальная ситуация: сердце не выдержало. Жизнь ученого врачи спасли, но боль и опасность повторного инфаркта остались.
В 2008 году Валерию Борисенко предложили поставить первый кардиостимулятор. Современный прибор с батарейкой и микропроцессорным блоком вшивают под кожу на груди. Электроды от прибора подводят к сердцу, по ним в случае необходимости подается сигнал-раздражитель для стимуляции сердечных сокращений. Особенность кардиостимулятора в том, что его батарея рассчитана на 5-7 лет, а после аппарат нужно вынуть и вшить новый. Таких замен под тщательным надзором лечащего врача Эллоны Дубровской Валерий Борисенко перенес уже три.
Ресурс последнего аппарата вышел в минувшем октябре. Но в конце года кардиостимуляторы везде закончились, пришлось ждать января, настроив имеющийся аппарат на экономный режим.
Плановая операция прошла в конце января под местным наркозом. В этот раз процедура была долгой — полтора часа против обычных 40 минут. «Я все чувствовал. Когда тебе вталкивают в подкожную сумку новый прибор — это невольно почувствуешь», — смеется Борисенко. Заживление идет хорошо. Пациент уверен в завтрашнем дне: прибор на груди не перестанет работать и сохранит его жизнь.
«Это уже третья подобная операция, проведенная в кардиоцентре. Пациент страдает сложным заболеванием сердца. Когда мы не можем справиться с состоянием лекарственными препаратами, то ставим специальное устройство — бивентрикулярный кардиовертер-дефибриллятор. Аппарат помогает сердцу сокращаться. К сожалению, такие пациенты становятся стимулятор-зависимыми. Без аппарата симптомы возвращаются и нарастают», — рассказала врач-кардиолог высшей категории отделения хирургического лечения сложных нарушений ритма сердца и электрокардиостимуляции Эллона Дубровская.
Во время операции было обнаружено нарушение целостности одного из электродов, ведущих к сердцу. Поврежденный электрод пришлось заменять. «Техника иногда может ломаться. Пациентам нужно соблюдать ряд предосторожностей, есть ограничения в движении», — отметила кардиолог.
И доктор, и пациент говорят друг о друге с теплотой. Они встречаются каждые шесть месяцев, за многие годы стали почти родными. Вот так кардиостимулятор и доброе общение поддерживают здоровье тюменца и спасают ему жизнь.
Давление в 12 атмосфер
Житель села Исетского Виктор Бураков приехал в январе в Тюмень, в гости к детям и внукам. Мужчина долгое время страдает ишемической болезнью сердца. В 2015 году пережил инфаркт, полтора года после выздоровления чувствовал себя прекрасно, но все изменилось.
«В начале января прихватило сердечко, грудь задавило. Потом вроде отпустило — и снова. Что спровоцировало — питание, нагрузка — я не знаю. Терпел боль где-то дней двадцать», — рассказывает пациент кардиоцентра. На его запястье, у самой ладони, заклеено место, через которое врачи вводили стент — маленькую упругую конструкцию для расширения забитого сосуда.
«Стент поставили, сразу стало легче. Такое ощущение, будто я только что родился, будто мне новую жизнь дали, — радуется Виктор Валентинович. — Приехал сюда к детям и внукам. И вот „угадал“. Повезло, что был здесь, а то дома бы мне вдруг не успели бы помочь».
Как рассказала врач-кардиолог отделения неотложной кардиологии Анастасия Такканд, Виктор Валентинович Бураков попал в кардиоцентр экстренно с клиникой предынфарктного состояния. В приемном отделении ему выполнено исследование сосудов сердца, было выявлено сильное поражение, установлен стент, восстановлен кровоток.
«Сосуд был закрыт практически полностью — более чем на 95 процентов. У нас это называют „тотальный стеноз“. Уже на операционном столе пациент отметил, что его самочувствие улучшилось, полностью все боли прекратились», — говорит врач.
Стент вводят в сосуд под местной анестезией. Пациент все время находится в сознании, во время операции с ним общаются, все объясняют. В операционной даже есть монитор, на котором пациент может видеть свои артерии.
Сами по себе стенты бывают разные, они рассчитаны на различный диаметр артерий. Все подбирается индивидуально, доктор рассчитывает необходимый размер по увиденному на экране. Например, Виктору Валентиновичу установлен стент диаметром 3 мм длиной 18 мм.
«Мы говорим нашим пациентам — а они зачастую люди с техническим образованием — стент останется с ними на всю жизнь. Раздавить его может лишь давление в 12-15 атмосфер. Накаченное колесо испытывает давление в одну атмосферу, они сразу себе представляют 16 колес, — объясняет Анастасия Такканд. — Пациенты должны об этом знать, чтобы не бояться элементарно кашлянуть, а то бывает всякое».
> Ишемическая болезнь сердца, замечает кардиолог, естественный процесс старения организма. У кого-то он происходит раньше, у кого-то позже: «Мужчинам здесь не везет — они болеют раньше лет на двадцать. Средний возраст мужчин с инфарктом — 56-57 лет, женщин — 78-82 года. Но у женщин появилось больше шансов стать кардиологическими пациентами — из-за распространенности курения».
Сейчас Виктор Валентинович ожидает еще одну операцию, но уже плановую. Он бесконечно благодарен врачам не только за спасение жизни, но и за человеческое отношение: «И медсестры, и врачи, и хирурги — все к нам, как к родным. Нашего брата тут — в каждом закутке, а ко всем обращение вежливое. Поговорить могут, выслушать, а ведь мы все разные. Это здорово!»
