С тех пор, как наша армия стала рабоче-крестьянской, в ней такие типы попадаются, что диву даешься.
С тех пор, как наша армия стала рабоче-крестьянской, в ней такие типы попадаются, что диву даешься. С солдатами все ясно, а вот прапорщики и некоторые офицеры не от остроты ума до сих пор перлами сыплют. Да так, что всякие там задорновы просто отдыхают. Короче, в армии каждый день — 1 апреля! Свои армейские будни накануне Дня смеха вспоминал корреспондент «Вслух.ру».
*
Раньше в армейских политических вузах преподавали марксистско-ленинскую философию. Может быть, на то время эта наука и была где-то полезной, но только не в войсках. Очень строгий преподаватель полковник Чекин на своих семинарах безбожно драл нас, курсантов. Но как-то среди лекции он неожиданно замолк, окинул мутным взглядом аудиторию и проорал: «Я вам это уже столько раз повторил, что сам начал понимать, что говорю!»
*
Матерый хохол, командир нашего учебного батальона любил литовкой косить газоны и всегда приговаривал: «Хоть я и колхозник, но комбат. А выдеру так, что на всю жизнь запомните».
*
Командир учебной роты отчитывал курсантов: «И в каком это таком Лесото вас учили не умываться и плохо заправлять постели?»
*
В первый день пребывания в учебной роте поразился команде старшины на утреннем осмотре: «Замкомвзводам! Приступить к проверке чистых металлических принадлежностей».
Я долго думал, что у нас хотят проверить. Оказалось — блестят ли латунные бляхи на ремнях.
*
На тактических учениях в крымских горах наша учебная рота из наступления перешла к обороне. А это значит — рой окоп для стрельбы лежа или, того хуже, стоя. Два полковника-хохла (один толстый — Кобзарь, другой — длинный и тонкий — Божок) проверяли выполнение норматива. Достаточно крупный Кобзарь наступал ногой на спину курсанта и вопрошал, давит ли того танк. Курсант бодро отвечал «нет», и худющий Божок, больше похожий на скуластого злодея-фашиста, ставил оценку в журнал.
Одному курсанту волей судьбы выпало рыть окоп на укатанной грунтовой дороге. Когда вся рота уложилась в норматив и полностью окопалась, этот бедолага до крови изодрал руки черенком саперной лопатки, но в получившийся «окоп» засунул только пузо.
К нему с проверкой подошли два тактика. Кобзарь по обыкновению наступил ногой на парня, а тот, покривив душой, доложил, что танк его не давит. Тогда полковник от земли отнял вторую ногу…
— Не давит, — на второй вопрос о танке прохрипел парнишка.
— Ставь трояк за мужество и героизм, — скомандовал Кобзарь коллеге.
Божок не без саркастического любопытства обошел вокруг наполовину торчавшего из земли курсантского тельца: «И что ты здесь за куриную яму вырыл? Джон (тогда была холодная война с Америкой) взорвет ядерный фугас, тебя поднимет горячим ветром, понесет, и в тех кустах (показал рукой на горизонт) ты своей задницей вот такую (широко для наглядности развел руки) дыру сделаешь, и только дерьмо от тебя будет лететь в разные стороны…
