В театре "Ангажемент" поставили спектакль не для слабонервных с парадоксальным названием "У нас все хорошо!"
Сегодняшняя премьера в театре «Ангажемент» в Тюмени упрямо выпадает из категории развлекательного. Постановка москвича Максима Меламедова «У нас все хорошо!» не зря упакована в возрастное ограничение 18+. Несмотря на оптимистичное название, практически все герои истории — пострадавшие, кто совсем немного, а кто — катастрофически. И самый беззаботный из них, наконец-то избавившийся от тревог, — это, пожалуй… труп в черном мешке.
«Говорят, у нас страшная премьера, — подлил масла в огонь ожиданий призванный режиссер во время прогона. — Но вы все равно не уходите, смотрите до конца. Если будет плохо, нальем вам водички…»
После такого напутствия славные герои в условном советском застое вызывают облегчение. Наивная, но настороженная Людочка (Татьяна Карнаухова) примчалась из деревни покорять город с одним чемоданом. Бойкий, кучерявый Мыло (Пётр Палатов) немедленно рассмотрел в приезжей подходящий объект для воздыханий. А бдительный милиционер Саня (Роман Зорин) готов на многое, лишь бы услышать от опекаемых им горожан, что у них на самом деле все хорошо.
Да все бы так и было, кабы не одно но. В город возвращается отсидевший, мрачный, но словно бы не вполне чуждый романтики Стрекач (Владимир Нургалиев), у которого понимание границ допустимого трагически расходится с Уголовным кодексом и всяким представлением о человечности. К сожалению, этого оказалось достаточно, чтобы хрупкое равновесие — «все хорошо» — было нарушено непоправимо.
Ножницы — некий символ новой жизни для бедной Людочки — порхают над сценой как странная стальная бабочка. И как бабочка хрупкой оказываются надежды девушки на новую жизнь. При всей доброжелательности, нежности, расположенности близких она вдруг оказывается в одиночестве на краю бездны, куда то ли падает, то ли нет. Таким режиссер умудрился оставить финал постановки, предоставляя своим зрителям самим решить судьбу героини.
Нельзя сказать, чтобы в «Ангажементе» до этого не покушались и на более мрачные вещи. Взять хотя бы «Вия» или «Яму». В нынешней постановке все страшнее, поскольку конкретнее. Да и режиссер, похоже, сделал особый упор на бытовой реализм происходящего, лишь самые непереносимые моменты вынося за скобки в театральную условность. Поэтому если Людочка целуется с ухажером, то уж целуется. И если его потом лупит Стрекач, то лупит.
Кстати, на этот спектакль стоит идти не только за мурашками от реалистичности происходящего. Сценографу Артёму Гайнанову с художником по свету Олегом Курченковым удалось создать на компактной сцене театра некое четвертое измерение. Разломанная арка с повисшим на ней, словно взятым в плен шнуром с праздничными флажками становится порталом, откуда врывается на сцену свет, дым и ветер, распахивая навстречу воображению зрителей притаившиеся там, но почти осязаемые пространства. Игры сфер оказывается достаточно, чтобы крохотный уголок парка не казался скучным.
Кстати, самое трогательное, как всегда, происходит на стыке театра и жизни. Прямо во время спектакля у одной из зрительниц рядом со мной зазвонил телефон. И она очень тихо, корректно по отношению к окружающим, но все же различимо неоспоримым рефреном спектаклю спросила у кого-то в телефонной трубке: «У тебя все хорошо? Я тебя люблю…»
Проверить собственный порог театральной впечатлительности вы можете успеть на премьерном показе завтра, 21 февраля — осталось буквально пара мест, или в марте.
Фото: театрангажемент.рф
