Получается, наверное, что я - фанат. Мне кажется, люди, в которых есть музыка, все такие.
Она самая известная оперная певица в области, преподаватель академии культуры, победительница международных музыкальных конкурсов. В конце прошлого года исполнила партии Богородицы и Марии Магдалины в духовной опере Антона Рубинштейна «Христос». — Не страшно было браться за столь важные для многих людей образы, воплощать их на сцене? — Духовная тема, с одной стороны, действительно сложная. А с другой — обращение к ней для меня не в новинку. Я ведь хормейстер. А хор очень часто обращается именно к духовной музыке. Для оперы мы выбрали не сценическое, а концертное исполнение — действие отвлекало бы от музыки, в которой заложено очень многое. Партия Марии Магдалины написана для сопрано, партия Девы Марии — для меццо-сопрано, это очень разные интонации. Вообще, когда я получила либретто на немецком языке, очень удивилась, потому что знала — у моего партнера по сцене оно на итальянском. Но в итоге оказалось, что это не мешает воспринимать музыку. Всем понятно, о чем идет речь, все звучит гармонично. Насколько я знаю, опера «Христос» существует на немецком, итальянском, иврите, русском, латинском и армянском языках. — Вопросы веры для вас важны? — Мне кажется, вера есть внутри каждого человека. И это не всегда связано с тем, посещает ли человек церковь. Моя вера — это музыка. Она ведет меня, помогает жить и дышать, быть собой. Когда я остаюсь наедине с музыкой, когда пою — вот тогда я настоящая. — В наше время трудно остаться наедине с хорошей музыкой?— Да, случается, что нам ее навязывают, особенно в транспорте, в магазинах. Причем скучную и неинтересную. Я предпочитаю классику, качество. Люблю, например, The Beatles, Эдит Пиаф. Очень нравится джаз. Мне кажется непостижимым то, что делают джазовые исполнители. Это вершина вокального искусства. Для того чтобы позволить себе такие импровизации, нужно получить очень хорошее музыкальное образование. — Что поете под душем? Классику? — Я редко пою просто так, вне работы. Начнем с того, что живу я в обычном доме, у меня есть соседи. Так что я просто не могу позволить себе петь в полный голос. На самом деле люблю слушать, как поют другие. Комфортно чувствую себя в роли слушателя. Могу и подпеть — хоровое образование позволяет подстроиться под другие голоса. — Наверное, в детстве перед вами не стоял вопрос, кем быть? — На самом деле, у меня был выбор — спортивная гимнастика или музыка. Выбрала, естественно, музыку, потому что она дает мне то ощущение полета, которое не передать словами. Но спорт по-прежнему люблю, хотя это и больная тема. Мне очень нравятся коньки, лыжи. Ходить на них не могу — гоняю. Когда холодно, это приводит к простуде, что, конечно же, недопустимо. Поэтому заменяю спорт пешими прогулками — в плохую и хорошую погоду, вне зависимости от времени года. Вот про весну, например, говорят: «Грязь, все тает, слякоть». Я отвечаю: «Почки распускаются, начинается новая жизнь». Обожаю лето, жару, солнце. А осенью удивительное дело начинается — листва под ногами, невероятные краски: желтые, красные, зеленые. Я всегда очень жду 22 декабря. День прибывает, и после зимнего солнцестояния для меня начинается весна, я буквально чувствую ее запах. Вообще нравятся кануны — Нового года, концерта, дня рождения, отпуска.- Как любите отдыхать?Наверное, гены во мне говорят — я южный человек и всегда стремлюсь к морю. На пляже заряжаюсь теплом и светом, как солнечная батарейка. Запах моря и солнце — то, что мне нужно. Люблю бродить по улочкам, вдыхать запах чужого города, смотреть, как живут люди. Интересно бывает свернуть с центрального проспекта. Даже в Тюмени: с улицей Республики все понятно, а можно отойти чуть в сторону и открыть для себя интересный дом, зодчество девятнадцатого века, расписные ставни. — Есть ли у вас таланты, о которых не знают поклонники вашего голоса? — Музыка отнимает слишком много времени, ни на что другое не остается сил. Кроме того, меня воспринимают как певицу, а я, смею надеяться, состоялась как дирижер хора. Именно на эту специальность я училась, именно как хормейстера меня ждали на родной кафедре, когда я оканчивала пятый курс. И, наверное, как раз сольная карьера — это своего рода хобби. А шить-вязать… Кто придумал, что вязание успокаивает? Меня оно раздражает. — Есть ли что-то превыше работы или хотя бы на одном уровне с ней? — На одном уровне с работой — близкие. Очень бы хотелось, чтобы они были здоровы, счастливы. Но если в тебе музыка — она не отпускает. Когда занимаюсь чем-то по дому — готовлю или убираю — в голове все равно что-то происходит, связанное с пением, с хором, с предстоящими выступлениями. Получается, наверное, что я — фанат. Мне кажется, люди, в которых есть музыка, все такие.
