Если событие окутано искренним интересом и духовностью – то мне это очень нужно. Если же из праздного любопытства, да с банкой пива в руках – то вы уж меня извините…
«Ночь музеев» — одно из самых ярких и ожидаемых событий — пройдет в Тюмени 28 мая. В этом году город ожидает большая праздничная программа. Задействованы все музеи города, а также археологический музей-заповедник на озере Андреевском. Между тем, известен еще один музей на территории региона, который стоит особняком в буквальном смысле — частный музей Распутина, принадлежащий Марине Смирновой.— Будет ли музей Распутина участвовать в нынешней «Ночи музеев»? Интересует ли вас вообще такое мероприятие?— Меня интересует все, связанное с музеями. Но в полном своем значении «ночи» у нас в этом году не будет. В канун ее мы принимаем солидную делегацию, а после вынуждены улететь в командировку. Однако по сути своей у нас все лето — «ночь музеев». Нам звонят с просьбой об экскурсии и в 22, и в 23 часа, и в шесть утра… Если мы на месте, в Покровском (напомню, что живем в Тюмени!), то никому не отказываем. Заметили, что по ночам людям даже больше нравится у нас бывать — сам персонаж располагает к такому необычному формату. Месяца три назад нагрянула любопытная группа, в составе которой оказался потомок повара Харитонова, который был убит вместе с семьей Николая II. Созвонились, договорились о встрече. Жду. Ни в 21 час, как наметили, ни в 22, ни в 23 — никого. В итоге приехали после часа ночи. И так, знаете, все получилось любопытно: подъезжает микроавтобус и джип, темнота кромешная, ветрено, фонарь раскачивается со скрипом, холодно. Какой-то на всем этом заговорщический флер… Примерно в половине четвертого заканчиваю экскурсию. Потомка повара Харитонова Петра Валентиновича Мультатули (доктор исторических наук, живет в Санкт-Петербурге) очень интересовала параллель: убийство Распутина как репетиция убийства царской семьи. Он дарит мне подписанную свою книгу «Николай II. Дорога на Голгофу». И уезжает. А я, не дождавшись утра, начинаю читать и не останавливаюсь, пока не переверачиваю последнюю страницу. Вот такая получилась у нас потрясающая «ночь музея». Это я все к чему? Если событие окутано искренним интересом и духовностью — то мне это очень нужно. Если же из праздного любопытства, да с банкой пива в руках — то вы уж меня извините…— В вашем случае можно обставить и специально все весьма таинственно: экскурсия при свечах, чу! - собака завыла, тень Распутина мелькнула…— Ой, так и бывало, хоть и не специально! Мы как-то поздно вечером проводили в старом доме экскурсию и вдруг свет погас, а через какое-то время из боковой двери выходит двойник Григория Ефимовича — Палубщиков. Но мы ни о чем не договаривались! Гости впечатлились.— Насколько музей востребован? Часто приходится ездить из Тюмени в Покровку?— За 19 лет бывало всякое: первые годы по одной-две группе за весь год, сейчас — четыре-пять человек в день.— До больших доходов далеко…— Понятное дело. Но на оплату коммуналки и бензин уже хватает. Это ведь не бизнес для нас с мужем, а страсть. Главное, что мы занимаемся делом, которое нам нравится.— Откуда у вас — не бизнес-людей — взялся этот не-бизнес-музей?— Мой муж еще в студенчестве заинтересовался персоной Распутина. Как тогда говорили: «Есть обычай на Руси ночью слушать Би-би-си». Вот там и услышал. Стал расспрашивать, в том числе и меня, ведь моя бабушка родом из Покровки. Когда Володя работал на заводе «Медоборудования», то выкупил у него старый дом родственников Распутина. На территории этой усадьбы завод планировал нечто вроде подсобного хозяйства, да, видать, не до него было. Деньги заняли. Предметы собирали еще до приобретения дома — подлинный наличник с дома Распутина, зеркало из его прихожей, колокольчик…— Самая мистическая вещь какая для вас?— Настенные часы «Гюстав Бэккер». Мне даже удалось найти мастера и починить их. Всякий раз, когда во время экскурсии они начинают бить, это производит впечатление.— Вы так много уже знаете о вашем герое, несколько книг написали. Остались ли какие-то вопросы невыясненными?— Меня долго мучила судьба младшей (и любимой!) дочери Григория Распутина — Варвары, Вареньки. Известно было, что она какое-то время работала в Тюмени в юстиции. И, собственно, все. Как-то раз у нас в музее побывал ученый из Санкт-Петербурга Владимир Шеманский. Некоторое время спустя он вновь приехал в Тюмень и связался с нами. Сказал, что у него есть фото Варвары. Мы встретились с Владимиром. Оказалось, что его бабушка очень крепко дружила с Варварой. Варя надеялась эмигрировать в 1924 году, но просто не успела — заболела тифом и умерла в 25 лет. На фото девушки вместе. И есть фото дочери Распутина в гробу. Что касается книг, то мы сейчас пишем книгу под названием «Григорий Распутин — пророк русского апокалипсиса». Несмотря на претенциозное название, я постараюсь доказать, что по-большому счету это — правда. Пророк — не мистик, а каста. У нас нередко путают понятия, как мне кажется. Помните одно время поднимался вопрос о канонизации Григория распутина. На мой взгляд, точно сказал нынешний патриарх Кирилл (тогда он еще им не был): люди путают канонизацию с исторической реабилитацией.— Как вы относитесь к взглядам Радзинского на личность Распутина?— Он замечательный драматург, но не ученый. Меня интересует история жизни Григория Ефимовича и по-человечески, и с научной точки зрения. Мне хочется приблизить Распутина к человеку, показать его нетривиальность. И знаете, вот еще что хочу добавить. Александра Федоровна во всех письмах своих на разных языках называет Распутина с большой буквы — Друг. Государь его величает «министром своей души». Отчего же у нас бытует Гришка? Почему считают его чуть ли не символом всего недостойного: распутства, пьянства, лукавства? А мы имеем право на такую фамильярность?А у вас не было разочарований от его персоны или деяний?— Было очарование. Как и все я начинала с «Гришки». А сейчас — Григорий Ефимович. И никак иначе.
