Dipol FM | 105,6 fm

Фельдшер "ковидной" бригады: Спасать людей - это лучшее, что я умею

Елена Краснова одной из первых начала работать в специализированной бригаде скорой медицинской помощи.

Подвиги совершают каждый день — и пациенты, и медики. Одни борются за свое здоровье и жизнь, другие им в этом помогают. Три месяца назад, в конце февраля, Елена Краснова одной из первых начала работать в специализированной «ковидной» бригаде скорой медицинской помощи. Это был обдуманный и добровольный шаг для получения нового опыта, знаний, навыков и с перспективами профессионального развития. Откуда у Елены столько смелости, и как проходят рабочие будни, медик с 20-летним стажем рассказала пресс-службе Станции скорой медицинской помощи после суточной смены.

— Почему вы пошли работать в эпидбригаду, что вами тогда двигало?

— Мне захотелось выйти за пределы известного и испытать себя. Это же интересно — приобрести колоссальный опыт работы с неизвестной инфекцией, увидеть различия в течении болезни у разных пациентов, оценить динамику, риски развития осложнений. Меня трудности не пугают, а вдохновляют на профессиональный рост. Мы — медики и водители, работающие в составе бригад, оказывающих помощь пациентам с коронавирусом, собрались с разных подстанций на одной перепрофилированной. Нас 46 человек, в смену выходит пять бригад. Заметила, что всех нас объединяет одна черта — внутренний стержень. Мы подошли к этому выбору с полной ответственностью, с большим интересом и огромным желанием помогать людям. И будем работать столько, сколько потребуется.

— И как вам работается вместе?

— Комфортно, здорово, мы очень сдружились, несмотря на соблюдаемую социальную дистанцию. Каждое утро у нас традиционная 5-минутная планерка на воздухе между теми, кто уходит со смены, и теми, кто заступает. Обсуждаем новую информацию, интересные случаи, какие по ним были приняты решения, делимся советами, как лучше поступить в той или иной ситуации. Да, мы всегда в масках — так положено, но это не мешает общению. Ещё мы созваниваемся и консультируемся друг с другом в сложных ситуациях, чтобы максимально эффективно сработать. В последнее время чаще созваниваемся вне работы и говорим о личном — о здоровье, семье, детях, потому что за столько недель уже многому научились, многое узнали о новой инфекции, разработали тактику работы с ней.

— Вы ощущаете поддержку коллег, есть ли чувство локтя, и как это проявляется?

— С нами практически всегда на связи старший фельдшер специализированной подстанции Евгения Готфрид, которая выслушает, поможет, донесет просьбы наши до руководства, а если надо и в решении проблем поучаствует. Заведующая подстанцией № 3, на которой наша бригада раньше работала, Ирина Коренькова постоянно интересуется, как дела, как самочувствие, настроение. Мы чувствуем, что за нас искренне переживают, а на родной подстанции любят и ждут нашего возвращения. Благодарны коллегам за поддержку, добрые, теплые и искренние чувства.

— Как решают, на какой вызов вас направить?

— Поводом для вызова может быть не только повышение температуры тела, но и травма, отравление или обострение хронического заболевания. У всех звонящих диспетчеры собирают эпиданамнез. Задают ряд определённых вопросов, в том числе интересуются, был ли у пациента либо людей из его окружения контакт с заболевшим, у которого подтвержден коронавирус. Мы благодарны диспетчерам за эту ценную и важную информацию, которая позволяет всем бригадам работать безопасно. Госпитализация пациентов с подозрением на коронавирус согласовывается старшим врачом, поэтому, когда мы привозим их в специализированный стационар — нас там уже ждут. У эпидбригад есть свой диспетчер направления, который все про них знает: где находятся, куда двигаются. Мы как на ладони.

— Спецодежда, которая защищает вас от заражения, доставляет дискомфорт?

— Приходится говорить громче: мы просто сами себя плохо слышим из-за респираторов и масок. И не можем оценить, насколько мы громко или тихо говорим. Окружающие отмечают, что нормально мы так орем. Потом вместе немножко над этим посмеемся, отчего всем станет чуть легче. Весь процесс облачения в защитный костюм занимает две, а то и одну минуту. Но это после недель тренировки!

С головы до ног мы полностью закрыты, нет ни сантиметра свободной кожи. В костюме жарко и душно, мы сильно потеем, а от плотно прилегающих защитных очков надолго остаются вмятины на лице. Однако к этому мы уже привыкли. Восстанавливаем силы и отдыхаем, когда по графику выходной выпадает.

Уточню, что комбинезон, длинные бахилы, перчатки, респираторы, очки — все это мы используем однократно. Один пациент — один комплект защитной одежды, который после по определенному алгоритму снимаем и утилизируем. Мы едем на вызов абсолютно подготовленные.

— Как на вас реагируют, ваш вид пугает людей?

— Дети, кстати, нас совсем не боятся, они с большим любопытством разглядывают наши «космические» костюмы. В самом начале нас снимали на камеры телефонов из всех окон, наверное. Сейчас намного спокойнее реагируют, стараются к нам особо не приближаться, остерегаются, держатся на расстоянии. Могут открыть дверь и придержать её, но в подъезд с нами не зайдут. Бывает, расспрашивают, к кому, по какому поводу и в какую квартиру мы приехали. Считают, что мы обязаны сказать, кто в их доме заражен и представляет опасность. Угрожают жалобами, когда мы объясняем, что не имеем права разглашать информацию о своих пациентах. Однажды даже преградили нам путь и не пускали в подъезд, пока не скажем. Мы просто совсем замолчали — люди растерялись, видимо, не знали как быть дальше и вскоре попросту ушли. Стараемся не провоцировать конфликты: если возле лифта есть люди, пойдём пешком по лестнице, чтобы не нарушать их комфорт.

— Как вы начинаете общение на вызове с пациентами, с его окружением? О чем обязательно следует сказать, какие эмоции показать

— Всегда доброжелательно поздороваемся — сначала в домофон, потом при встрече в квартире. Какая бы ни была в ответ реакция, проявим сдержанность и эмпатию. Мы понимаем страхи и переживания пациентов, поэтому стараемся их успокоить и всё разъяснить, чтобы снять негативные эмоции пациента и купировать конфликт. Сейчас уже нет столько вопросов о коронавирусе, как раньше: все всё знают об инфекции — количество заболевших, смертность, процент выздоровления у нас и в других странах. Большинство пациентов настроены лечиться, спасать свою жизнь. Правда, есть пациенты с подтвержденным диагнозом коронавирус, которые отрицают существование заболевания, однако быстро соглашаются на госпитализацию — наши объяснения и уговоры действуют, нам доверяют.

— Как завоёвываете доверие пациента, как поддерживаете?

— Раньше пациенты видели нашу внешность, мимику, и порой этого хватало, чтобы расположить к себе. Сейчас все строится на общении: важно понять, какие предположения и опасения у пациента. Стараемся, чтобы и он нас услышал и понял, как ему действовать, как бороться с болезнью. Одним объясняем сухо, только фактами, с другими можем пошутить — всё зависит от настроя самого человека. Паникующих — единицы, большинство стойко переносят известие о болезни. Хотя для всех пациентов это большой стресс, когда они узнают о заражении COVID-19. Даже самый позитивный человек испытывает страх и отчаяние. Конечно, утешаем, успокаиваем. Порой нас спрашивают, как они могли заразиться, если практически ни с кем не виделись и редко выходили на улицу. Начинаем разбираться, и выясняется, что маску носили, не полностью закрыв нос, руками в перчатках трогали лицо.

— Вы отслеживаете судьбу пациентов, и помните первого из них?

— Первого пациента не помню. Зато почему-то вспоминаю другого, когда ещё коронавирус не столь активно вторгся в нашу жизнь. У него резко подскочила температура и появилась одышка, за три дня до этого он вернулся из-за границы. Бывает, интересуюсь состоянием пациента после того, как доставлю в больницу. Переживаю всё же, и ещё мне важно знать, насколько моя помощь в этом деле оказалась своевременной, правильной и решающей. Этот опыт нужен, чтобы эффективно помогать другим пациентам.

— Тяжелые случаи были?

— Женщина 76 лет. В течение всей транспортировки в стационар высокую температуру снимали жаропонижающими препаратами, дыхательную недостаточность — ингаляцией воздушно-кислородной смесью, постоянно контролировали гемодинамику, чтобы не допустить ухудшения состояния.

— Что вас мотивирует и дальше спасать людей?

— Это лучшее, что я умею. Люблю помогать, испытываю огромное удовлетворение от результата работы. Приехала, сделала все, что от меня зависит, вытащила с того света или из состояния шока.

Сначала экстрим, потом адреналин и затем уже эйфория — вот и вся цепочка чувств.


Мы никогда не знаем, что нас ждет, и даже если известен повод к вызову, все может поменяться в одну минуту. Это очень интересная работа, главное — с людьми. Смены бывают сложными, тяжелыми или чуть менее таковыми, но большого стресса и напряжения не испытываю. Дома, после смены, люблю расслабиться с книгой в руках. Иногда это различная художественная литература, порой — медицинские справочники и научные публикации. В первом случае — преображается мир, во втором — совершенствуюсь я: мир стремительно меняется, и я должна быть готова к этому. После такого отдыха есть силы для новых подвигов на работе.

— Все закончится, вы снимете этот неудобный костюм насовсем и… Вы представляете этот момент, как это будет?

— Мы каждую смену об этом говорим. Правда, уже не можем представить, как будем без этих костюмов, так к ним привыкли (смеется). У нас до мелочей отработаны алгоритмы надевания этих спецкостюмов, обработки салона автомобиля. Наверное, до конца своей деятельности мы останемся такими, как сейчас, — зацикленными на чистоте. Столкнувшись с этим вирусом и увидев, как он протекает и с какими осложнениями, мы стали еще более скрупулёзным и ответственным в плане дезинфекции. Конечно, мы ждем, когда все это завершится, и люди вернутся к своей привычной жизни. Это будет радостным событием, когда мы сможем свободно передвигаться, отдыхать, работать, жать друг другу руки и обниматься при встрече.

— И последний вопрос: что в период пандемии вас больше всего восхитило, удивило или разозлило?

— Мне понравилось, что на вызовах в большинстве своем люди были в масках — и сам пациент, и его близкие и родные. Это говорит об ответственном отношении, о высокой культуре. Вижу, как многие стараются выполнять все меры предосторожности, чтобы свести к нулю распространение инфекции. И они чувствуют, что они молодцы. Они и правда молодцы.

Фото предоставлены героиней публикации

Не забывайте подписываться на нас в Telegram и Instagram.
Никакого спама, только самое интересное!
Новости по теме
В Тюменской области 285 человек заболели коронавирусом, 12 скончались
В Тюменской области 285 человек заболели коронавирусом, 12 скончались
В России выявлено 23 тыс. 508 новых случаев коронавируса.
В трех населенных пунктах Югры действует режим обязательной самоизоляции
В трех населенных пунктах Югры действует режим обязательной самоизоляции
Приостановлена деятельность кинотеатров и фитнес-центров.
У тюменской певицы Жанны Прохорихиной выявили поражение легких из-за COVID-19
У тюменской певицы Жанны Прохорихиной выявили поражение легких из-за COVID-19
Артистка сообщила о заболевании в своем инстаграме.
Какое слово россияне считают главным в 2021 году
Какое слово россияне считают главным в 2021 году
Среди вариантов нецензурная лексика.
Более четверти тюменских организаций не выполняют профилактические меры против COVID-19
Более четверти тюменских организаций не выполняют профилактические меры против COVID-19
Предварительные итоги июля подвел Роспотребнадзор.
Последние новости
В Армизонском появится новый арт-объект
В Армизонском появится новый арт-объект
Жители выбрали его путем голосования.
Непрошенная вентиляция. При установке рекламного баннера рабочие насквозь пробили стены нескольких квартир
Непрошенная вентиляция. При установке рекламного баннера рабочие насквозь пробили стены нескольких квартир
Местное ТСЖ разрешило повесить рекламу, не посоветовавшись с жильцами.
Владимир Якушев провел совещание по вопросам коронавируса, вакцинации и трудоустройства
Владимир Якушев провел совещание по вопросам коронавируса, вакцинации и трудоустройства
Полномочный представитель Президента по Уральскому округу встретился с главами регионов.
Несмотря на лесные пожары полеты в Турцию пользуются большой популярностью у россиян
Несмотря на лесные пожары полеты в Турцию пользуются большой популярностью у россиян
Анталия и Стамбул входят в топ-10 зарубежных направлений.
Езда без страховки. Виновник ДТП заплатит почти 200 тысяч за разбитый автомобиль
Езда без страховки. Виновник ДТП заплатит почти 200 тысяч за разбитый автомобиль
Дело дошло до суда.