Премьера «Самый неизвестный солдат» - спиритический сеанс и ошеломление чувств : Культура : Вслух.ру : Новости Тюмень

Премьера «Самый неизвестный солдат» - спиритический сеанс и ошеломление чувств

История показана очень емко очень простыми по сути средствами.
Новости > Культура

Не даст забыть о прошлом новый спектакль театра «Ангажемент» по одноименному рассказу тюменского писателя Сергея Козлова «Самый неизвестный солдат» (12+). Вынимающий душу металлический лязг, сводящий с ума звон в ушах, тоскливые причитания матерей, топот и шарканье множества ног идущих не по своей воле людей. Мы пока не сможем узнать, какое впечатление весь этот богатый звуковой ряд производит на людей, сидящих в зрительном зале, живьем. Но вопреки самоизоляции и благодаря возможностям телевидения и мастерству его операторов и режиссеров тюменцы смогли оценить это дистанционно. На канале «Тюменское время» накануне, 12 апреля, премьера стала доступна гораздо большему числу заинтересованных зрителей, чем вмещает большой зал театра.

Представляя премьеру, у которой сразу наметился непростой путь к зрителю, постановщик спектакля Максим Иванов отмечал, что дистанция, подразумевающая не мгновенную реакцию на увиденное, а на длительное обдумывание и размышление после, была задана им изначально.

В центре повествования не конкретный солдат с непростой судьбой, а некий собирательный образ воина, отдавшего больше, чем мог отдать, не потеряв себя. Страшный и глубокий образ лишенного памяти солдата смешивается с собирательным образом поколений, едва могущих ответить, когда началась Вторая мировая война, а когда Великая Отечественная. А в постановке этот образ усугублен притчей о манкурте, лишенном памяти, который равнодушно убивает родную мать, из известного романа Чингиза Айтматова "Буранный полустанок".

Ваню, не помнящего родства, а помнящего только, что земля сырая, а винтовка сломана, объемно, наполненно сыграл Денис Рекало. Артисту удалось создать образ не блаженного, не дурачка, но человека с особенным увечьем. У кого-то нет ноги, у кого-то руки, а у Вани память бабочки-однодневки. Довольно долго после начала спектакля он носит армейскую каску, которая опускается почти до рта, полностью скрывая верхнюю половину лица, эмоции. Получается метафора человека, лишенного глаз, которые называют зеркалом души. Ее без памяти тоже словно нет. Вышел довольно страшная пародия на человека с болванкой вместо головы. Он ходит, делает, что ему скажут, не обижается, не тревожится, не помнит. Только мать (Людмила Петрушева) способна вызвать трепет у героя. Но и тогда память сопротивляется, заслоняясь головной болью, превращая память в муку.

История показана очень емко очень простыми по сути средствами. Черный вдовий хор отлично поющих актрис театра перевоплощается то в немецких солдат, то в заключенных, то в обезумевших женщин, несущих своих детей на заклание, то в обычных тюменских прохожих. Худрук театра Леонид Окунев тоже представляет вереницу образов, от рассказчика в шерстяном тулупе до ветерана, пристегивающего свою медаль уличному попрошайке. На фоне идущих как бы из глубины мелодичных, душевных песен, которые поют актрисы, раздаются страшные, невыносимые звуки. Они извлекаются из находящегося там же на сцене погнутого металлического листа, металлической утвари – ведер, тазов, кастрюль, пилы тоже не только пилят, но и служат жутковатой скрипкой, издающей заунывные звуки. Лагерный быт показывают деревянные рамы на колесиках, забранные колючей проволокой, примитивные ящики, служащие мебелью, да жутковатое бревно с закрепленными на нем веревками – пресловутый лес, который валили на лесоповалах заключенные советских лагерей.

Удивительно, но в спектакле о Великой Отечественной войне режиссер очень мало обращается к привычной героической символике, стремительно теряющей первоначальное значение. Узнавание здесь достигается другими средствами. Одна из немногих подобных в Тюмени, в первую очередь постановка направлена на чувства. Их буквально выбивают из зрителя. Емкие, яркие образы и тревожащие, будоражащие звуки воспринимаются сразу, целиком. Текста сравнительно мало, и текст выполняет вспомогательную функцию. Как живется Ване, просящему милостыню и словно не существующему и не существовавшему никогда, зритель подумает и узнает своего Ваню потом.

Спектакль «Самый неизвестный солдат» можно назвать спиритическим сеансом. Ошеломление чувств то же, ожидания так же обмануты, однако обмануты в вашу пользу. Если вы пропустили показ спектакля или не пропустили, но хотите проверить впечатления, следите за новостями об окончании режима самоизоляци. Пока показ спектакля "по-старинке" в театре намечен на 8 мая.

Еще по теме:

Премьера «Самый неизвестный солдат»: как в притче о бойце появился античный хор

Фото из архива редакции

* Кстати, теперь у нас есть Telegram-канал.
Интересные истории, байки из редакции и авторские колонки. Подписывайтесь – @vsluh_ru*

Ещё по теме:


Последние новости


реклама
adverse.description
adverse.description
adverse.description
adverse.description