Старенький актовый зал музея изобразительных искусств преобразился почти волшебно – даже обшарпанный пол теряется перед обаянием несложной, но увлекательной выставки «По улицам олень бегущий», собранной из фондов шести музеев области. Профессиональное освещение, картины «северного Пиросмани» Константина Панкова и Геннадия Райшева наполнили большой ...
Старенький актовый зал музея изобразительных искусств преобразился почти волшебно — даже обшарпанный пол теряется перед обаянием несложной, но увлекательной выставки «По улицам олень бегущий», собранной из фондов шести музеев области. Профессиональное освещение, картины «северного Пиросмани» Константина Панкова и Геннадия Райшева наполнили большой и обычно ужасно неуютный зал тем, что называется атмосферой. Выставка как будто вдохнула воздух больших музеев и стильных галерей. И поскольку во всякой атмосфере бывают «явления», вроде миражей, туманов или, напротив, особой ясности, то и здесь без них не обошлось. Как-то с детства привычно видеть на картинках и в музеях оленьи малицы, берестяные туеса и люльки, даже шаманские бубны уже не кажутся ни экзотическими, ни таинственными и ассоциируются только со старомодными выставками и пыльными чучелами оленей. Но особое атмосферное явление, которое смогли вызвать в музее создатели экспозиции, как будто проясняет взгляд, заставляет увидеть не просто вещи, но все те увлекательные истории, которые с ними происходили или могли произойти. Избавившись от стереотипа «скучное про Север», зритель тут же натыкается на экспонаты, достойные столичного этнографического музея. Расшитые кошей и бисером солнцезащитные очки-маски оленеводов: узенькие щелочки позволяют не щуриться — очки и так уже «сощурились» за своего хозяина. Крошечная люлька со спинкой — кажется, юные оленеводы с первых дней жизни учатся сидеть прямо. Кожаные и меховые сумки, щедро украшенные пластмассовыми пробками от бутыльков, часовыми шестеренками и медными ложками. Щепочка с курчавой стружкой — нехитрая игрушка, изображающая оленя…Олени везде — на медных медальонах, среди амулетов, в узорах на бересте, в скульптурных миниатюрах, в наряде шамана, вообще в наряде любого человека. Олень — не просто тотем, это жизнь во всех ее ипостасях: еда, тепло, движение, общение с другом. И выставка, подобно стойбищу, кочует по стране — Москва, Тюмень, Сургут, Салехард, Ханты-Мансийск — так что гость, возможно, никогда не знавший полярной ночи или сорокаградусного мороза, готов сказать, что теперь олень — и его друг.
