Сегодня — день скорби, в связи с принятием решения «Об установлении Дня памяти жертв политических репрессий» 30 октября вспоминают всех невинно убиенных и подвергшихся гонениям во времена террора тоталитарной системы. Репрессии со стороны режима унесли десятки тысяч жизней наших соотечественников, напрямую это коснулось и Тюмени: по улице Семакова, 18, находился печально знаменитый Народный комиссариат внутренних дел, в подвалах которого 5 мая 1937 года были расстреляны первые 10 человек. За год жертвами сотрудников НКВД стали около 2 тысяч тюменцев.
Сегодня у Информационно-библиотечного центра ТГУ, построенного на месте здания, где совершались убийства, состоялась Церемония скорби с открытием мемориального знака в память о жертвах политических репрессий 1937-1938 годов.
На церемонии присутствовали Андрей Артюхов и Наталья Шевчик, заместители губернатора Тюменской области, Сергей Сметанюк, главный федеральный инспектор по Тюменской области, Сергей Кабанов, заместитель главы города Тюмени, Геннадий Куцев, ректор ТГУ, Рафаэль Гольдберг, главный редактор газеты «Тюменский курьер». На открытие мемориала собрались и те, кто по собственному горькому опыту знает, что значило клеймо «враги народа», и чьи близкие были расстреляны здесь. Почтить минутой молчания и возложить цветы в память о тех, кто на себе испытал жестокость власти, пришли и представители молодого поколения, студенты.
Собравшимся рассказали о том, что здание бывшего НКВД, словно проклятое, постоянно разрушалось. Было принято решение о строительстве на его месте Информационно-библиотечного корпуса ТГУ, где, по заверению его ректора, обязательно будет установлен уголок в память о расстрелянных. Из камней здания НКВД был сооружен памятник на территории тюменского асфальто-бетонного завода.
От имени родственников жертв политических репрессий выступила Мальвина Зябкина, чей отец так и не покинул стен этого страшного заведения живым. Троих детей, среди которых была и маленькая Мальвина, воспитывала мать. Зябкина рассказала, что семью постоянно преследовало вечное «враги народа», мать с ребятами даже выталкивали из магазинов. А 9-летняя Мальвина собирала узелок для отца и шла на Семакова, 18, надеясь, что заключенного поведут на ночные работы. Спящего ребенка с крыльца НКВД забирала мать, которая боялась и за судьбу девочки. «Нельзя ходить сюда, а то подумают, что ты шпионка», — внушала несчастная дочке. Сегодня из уст Мальвины Зябкиной, за чьими плечами уже богатый жизненный опыт, вырвалось: «Я не хочу, чтобы на всей планете, кто-нибудь жил также как мы, люди не должны страдать от террора!»
Горели поминальные свечи, звучала торжественная музыка, а люди со слезами на глазах все подходили к мемориалу с цветами в руках. Для многих пожилых людей этот памятник — единственное место, где можно поплакать о своих родственников, убитых в стенах НКВД.
«Здесь в 1937—1938 годах проводились массовые расстрелы безвинных… Никогда больше», — гласит надпись на мраморе. Несмотря на то, что о случившемся теперь можно говорить открыто, а о жертвах советского террора постоянно вспоминают и чтят их память, в глазах родственников никогда не исчезнет боль. Слишком большую цену они заплатили за свою мечту: построить светлый мир.
