Они рассказали, как начинали в Тюмени.
Мэтры советского рок-н-ролла и российской эстрады Юрий Лоза, Валерий Сюткин и Юрий Давыдов — на сцене Тюменской филармонии. В честь юбилея Юрия Лозы они решили тряхнуть стариной и собрались легендарным составом знаменитых «Зодчих» — лучшего самодеятельного коллектива Советского Союза начала 1980-х и коллектива Тюменской филармонии. На этой сцене они себе могли позволить все…
Тюменский старт
«Слава богу, не было возможности фотографировать, а то бы сохранился снимок, где я со снисходительным взглядом вхожу в Тюменскую филармонию… - признается Юрий Давыдов. - Приехал устраиваться на работу. Конечно, молодые были, дурные, не понимали, что надо утверждаться в новых условиях. И Тюмень - это было очень сложно и в бытовом, и в географическом, и в транспортном плане».
![Юрий Лоза, певец, композитор, с 1983 по 1986 гг. солист группы «Зодчие», артист Тюменской филармонии](/upload/resize_cache/iblock/4f7/200_200_0/kcmuehaqb4vs0n5dqa9oo2jb2taradi8.jpg)
«Я не думаю, что Тюмень была более крайней, чем Саратов, где работал «Интеграл». «Лейся, песня» работали вообще от Кемерово. Не важно, из какого города берешь старт, важно, как потом гастролируешь», - отмечает Юрий Лоза.
![Светлана Чуева начальник отдела организации гастрольного планирования Тюменской филармонии, заслуженный работник культуры России](/upload/resize_cache/iblock/c7c/200_200_0/3wkg0nt1t6m8xeh2ew4nqad5p9ddjfmp.jpg)
Рассказывает Светлана Чуева: «Они были очень светлые и начинали с композиции на стихи Кедрина «Зодчие». А это так ложилось на тот период освоения нефтегазовых месторождений! И наши «Зодчие» работали по области, шли за нефтяниками, газовиками и работали в тех же условиях».
Концерты артистов на буровых, в сельских клубах, на трассах трубопроводов или на лесозаготовках были неотъемлемой частью процесса освоения тюменского Севера. Это предписывал специальный приказ Министерства культуры СССР «О культурном обслуживании вахтовых и трассовых поселков». Приказ родился, так сказать, по многочисленным просьбам зрителей. Молодые покорители Севера, дававшие стране нефть и газ, хотели отдачи не только в виде хорошей северной зарплаты.
«Молодость - это же энергия. Это не только то, что они должны все время работать. Должны и отдыхать, - говорит Александр Петрушин. - А вот эта часть была в запущенном состоянии. Отсюда и определенный уровень хулиганских проявлений и рост преступности. Города росли, а вместе с ними росли эти проблемы».
Важна была и моральная поддержка. Чтобы покорители Севера видели, что страна вместе с ними в тайге и в тундре. Хотя бы в лице популярных и не очень артистов. А у этой аудитории, приехавшей в Тюменскую область со всей страны, запросы могли быть достаточно высокими.
![Владимир Кузнецов, легенда тюменской журналистики, в 1970-1980 гг. корреспондент газет «Красный Север» (г. Салехард), «Правда Севера» (г. Новый Уренгой). Почетный нефтегазостроитель, Почетный работник культуры и искусства Тюменской области](/upload/resize_cache/iblock/75c/200_200_0/zooigltycp11gqbpul0c65nt2ifbe21z.jpg)
«Были бригады, сформированные из аспирантов, кандидатов наук из Свердловска, Нижнего Новгорода, Москвы, Ленинграда. Ехали подзаработать, - рассказывает Владимир Кузнецов. - А потом некоторые втягивались и не возвращались в науку. Жили хоть по-человечески».
Сначала о молодости, а о любви потом
По законам советской культуры каждая легальная музыкальная группа должна была быть приписана к официальному учреждению. В 1980-м в Тюменской филармонии обосновалась московская группа «Зодчие». На этой сцене сложился и ее золотой состав. В 1983-м появился Юрий Лоза. Его песни уже официально не разрешались к исполнению, но из всех окон страны звучал «Плот».
«Песни, которые шли первым номером всегда, это песни, направленные на прославление молодежи, — вспоминает Юрий Лоза. — „Веселей, ребята, выпало нам строить путь железный, а короче — БАМ“. Или „И Ленин такой молодой“. Вот первая обойма песен. Вторая обойма — о любви, но любви светлой, радостной, наполненной чувством строителя коммунизма. Даже грусть должна была быть светлой. Если вы начинаете описывать жизнь, то уходите в третий, пятый дивизион, вниз».
По его словам, приписка к Тюменской филармонии была и защитой, и привилегией: «Я был в Москве бомж, поэтому мне необходима была ведомственная прописка. Ее сделали в Тюмени. У нас репетиционная база была в Москве, и у меня были две бумажки, которые спасали меня от любого милиционера. Я прописан в Тюмени, но в Москве репетирую».
В 1985-м в Тюмень и в «Зодчие» прибыл Валерий Сюткин. Тоже из сомнительной, по официальным меркам, группы «Телефон». Он был солистом группы «Зодчие», артистом Тюменской филармонии с 1985 по 1986 годы.
«В Тюмень прилетаешь, выполняешь квартальную норму - 51 концерт. А дальше свободен, можешь заниматься какими-то своими делами. Условия, сам понимаешь. Но мы молодые были, ничего не боялись», - говорит он.
По словам Светланы Чуевой, на площадках аппаратуры не было, и музыканты возили свою: «Громадные ящики, которые забивались в поезде в служебный тамбур. А когда надо было выходить, то наши хлопцы рвали стоп-кран и начинали их выбрасывать из поезда».
Другими красочными подробностями гастролей делится Юрий Давыдов: «Поездка была по Северу — самая первая. Еще романтика, на вертолетах с открытым окном, лето, Сибирь — простор классно! Но у москвичей порой башка отъезжала. Например, когда мы в Белоярске после концерта в час ночи шли загорать. Полярный день! В такие моменты перестаешь понимать, где находишься, что происходит».
Валерию Сюткину тоже есть что вспомнить: «Первым городом был Нефтеюганск. Нас с Лозой поселили вдвоем в люкс, потому что по одному тогда было нельзя в люкс селить. Типовая гостиница, три комнаты. Лоза из ванной кричит: принеси сигаретку. Я захожу в ванную, а вода цветом как мой костюм черная. В нефти практически Юра».
А по словам Юрия Давыдова, были моменты, когда музыканты могли даже погибнуть: «Осенью нас послали. Там был жуткий переезд по грунтовой дороге в дождь из Бердюжья в Армизон, где мы чуть не погибли. Грузовик с аппаратурой и с нами в кузове начал съезжать в кювет. Это могло очень плохо кончиться».
Оставьте «Зодчих» в покое!
В 1984-м газета «Комсомольская правда» громит музыкальные вкусы молодежи. Следом за статьей «Барбаросса рок-н-ролла» выходит приказ Министерства культуры оставить на весь СССР не больше 30 вокально-инструментальных ансамблей. «Зодчие» с опальным Лозой имели все шансы не пройти цензуру. На концертах они пели очень много своих песен, в том числе песен Юрия Лозы, хотя и прятали его под псевдонимом Юрий Савич. Но, и тот, и другой, все равно режут правду-матку. Музыканты рассказали об этом Салманову. Начальник «Главтюменьгеологии» на следующий день написал письмо. Бескомпромиссный Салманов «от имени двусоттысячного отряда тюменских геологов» потребовал оставить «Зодчих» в покое.
Фарман Салманов, первооткрыватель тюменской нефти, начальник «Главтюменьгеологии»
«Он помогал, да, — подтверждает Юрий Давыдов. — Мы на такую глубину еще не ныряли, чтобы человек написал письмо министру культуры. Где мы и где министр культуры? Не знаю, насколько повлияло, но мы остались живы».
А Юрий Лоза добавляет: «Мы работали. Сначала провели большую проверочную поездку по Тюменской области. А когда руководство убедилось, что мы можем поднимать большие залы по всей стране, поехали по Союзу».
«Представляете, едут они на нашем маленьком автобусе КАВЗике. А дверка этого автобуса не закрывалась. И наш водитель ее привязал веревкой и все время ее поддергивал. Едет Лоза и бурчит. Я говорю: «Потерпите немного». На что Лоза мне тогда сказал: «Подождите, Светлана Васильевна, пройдет несколько лет, и вы будете нас вспоминать». И тут мы встречаемся, я говорю: «Юра, не прошло и 20 лет, как мы гордимся, что у нас работал Лоза, у нас его трудовая книжка лежала, за ваш труд спасибо!» — вспоминает Светлана Чуева.
Кстати, свою концертную географию большой Тюменской области «Зодчие» до сих пор помнят.
«Конечно, я вам всего не перечислю, — улыбается Валерий Сюткин. — Но попадаю как-то раз, лет десять назад, в Пурпе. Они в полной уверенности, что я не ориентируюсь. А я как к себе домой! Уренгой, Салехард, Тобольск — всё знаю».
Продолжение следует.