Рассказывают непосредственные участники событий.
Эпоха освоения нефтегазовых богатств Западной Сибири — это время глобальной трансформации не только отдельно взятой территории или отдельно взятой страны. Это изменения мирового масштаба, которые влияли, влияют и еще долго будут влияют на политику и экономику государств и жизнь людей. А еще это время грандиозной информационной трансформации. И технологической революции в информационном поле. Это — эпоха телевидения.
Дорогой телевизор
Если удачно соединить паровоз и буровую вышку получится телевидение. Это доказали в 1957 тюменские радиолюбители-энтузиасты из кружка при ДОСААФе. Телевидение они создавали в порядке эксперимента, практически «на коленке». Минимальный набор оборудования сделали на Омском паровозоремонтном заводе. Обошлось всего-ничего — почти в 200 тысяч рублей. Тогда как стандартное оборудование телевещательной станции обходилось государству почти в миллион советских рублей.
Тюменский городской комитет партии энтузиастов заметил и выделил помещение на последнем этаже Главпочтамта. А чтобы телесигнал дошел до зрителей, во дворе поставили буровую вышку. Благо тогда в Тюмени искали нефть. Ее не оказалось, а буровая пригодилась.
Организация телевещания как системы тоже стала бегом впереди паровоза — 25 октября 1957 года началась трансляция тюменского ТВ. И только через полгода, 20 августа 1958-го, постановлением Совета министров РСФСР в Тюменской области был образован Комитет по радиовещанию и телевидению.
![Виктор Горбачёв, журналист, заслуженный работник культуры РСФСР, Почетный работник нефтегазстроя России, легенда тюменской прессы](/upload/resize_cache/iblock/512/200_200_0/hrtg7y5onjycqv3ydn44njq8p59sk1lh.jpg)
«И потом пошло-поехало, - говорит Виктор Горбачёв. - Кадров своих, материальной базы здесь, естественно, не было. В Тюмени телевидение начинала челябинская бригада. Нам прислали главного редактора, кинооператора. Из ВГИКа парочку прислали. А остальные - все самодеятельность. Приходили и на ходу учились. Кинооператоры были все свои ребята. Кстати, моя любимая когорта. Вершинин был офицер, имел какое-то отношение к камере в армии. А остальные - пацаны».
Виктор Горбачёв трудился на тюменском ТВ с 1963 по 1983 годы. В том числе как собственный корреспондент программы «Время» Центрального ТВ. С 1981 по 1983 годы — председатель Тюменского областного телерадиокомитета.
![Борис Высоцкий, телеоператор, заслуженный работник культуры России, начал работать в Тюменском областном телерадиокомитете в 1963 году](/upload/resize_cache/iblock/c5d/200_200_0/4uvxav342a1hxtd4zalja9hdcrxek71k.jpg)
«Зайди, говорят, посмотри, что такое телевидение, - добавляет Борис Высоцкий. - Вот я зашел, посмотрел и на 40 лет остался. На первых порах не представлял, что это такое. Мне сразу предложили: ассистент звукорежиссера, телеоператора... Кого они там оперируют?»
В первые годы телевещания на всю Тюмень с населением чуть больше 100 тысяч человек было всего полторы тысячи телевизоров. То есть 1 телевизор примерно на 66 человек.
«После Великой Отечественной войны в нашей стране начинается выпуск телевизоров, - рассказывает Зульфия Мавлютова. - Например, «Ленинград - Т2». Все удивляются: «А где же экран?» Он находится за шторочкой. Кстати, это еще и радиоприемник».
«Зубы на крючок»
Но смотреть программы из Москвы в Тюмени не могли — эфирный сигнал из столицы не доходил. Чтобы телевидение стало по-настоящему массовым, нужно было выстроить еще и свою систему вещания. И это отдельные усилия инженеров-связистов, целая система сложных передающих станций и радиорелейных линий.
Всего за три года удалось построить систему вещания в Тюмени и Сургуте. Потом подключили другие города. Наконец, голубые экраны в сибирских поселках или новых городах начинали светиться голубыми огоньками из Московской студии на Шаболовке или в Останкино. Это означало, что в тайге или тундре теперь есть стабильная связь, и в любое время дня и ночи можно дозвониться по телефону до большой земли.
Что до телепередач, то начиналось все на тюменском телевидении с важнейшего из искусств — кино.
«Начали увлекаться постановочными вещами, делали, между прочим, очень неплохие телеспектакли. Актеры к нам очень охотно шли, — рассказывает Виктор Горбачёв. — Им в театре платили черт знает что, а у нас они подрабатывали».
Кстати, поначалу любые телепередачи шли только в прямом эфире. Основа телевидения — кино. А кинопленка стоила дорого, да и монтаж занимал очень много времени. И, например, стандартный сегодня 15-минутный выпуск новостей пришлось готовить бы минимум неделю. А новости и в начале 1960-х устаревали быстро. Проще было даже телеспектакль показать в прямом эфире. И это заставляло работать с максимальной отдачей.
«Идет какая-то сцена из спектакля, а за моей спиной уже следующую сцену городят, — рассказывает Борис Высоцкий. — Одна из камер отснимется и подхватывает. Я освободился, а мне уже городят другую сцену. Все это тихо и быстро. Молчок, зубы на крючок, микрофон включен».
Виктор Горбачёв вспоминает: «Телевидение любили страшно, мы были почитаемые люди, нас и по голосу узнавали».
Телестудия… в морге
Про нефть тюменское телевидение поначалу снимало редко. Все дело в дорогах, точнее в их отсутствии, и в телевизионной технологии.
Добраться до первых открытых месторождений или новых трассовых поселков, которые потом станут городами, можно было в основном только вертолетом. А телевидение строилось на съемке стационарными камерами. Вес одной такой вместе со штативом и объективами переваливал за сотню килограммов.
«Мы начинали выезжать на съемки бригадами ПТС, нас был целый вагон. И отправлялись надолго, — говорит Борис Высоцкий. — Мостов не было ни на Сургут, ни на Ханты-Мансийск. Нужно было переправлять тяжеленную аппаратуру. Бывало, что ПТС-ка начинала заезжать, аппарельку (платформа для подъема техники) утопила и сама погрузилась в воду. Пока ее достанут, разгрузят, другую аппарельку доставят… А время идет. И мы тут же».
А если все-таки удавалось телевизионщикам забраться подальше, то снова на помощь приходило кино. Кинокамера более мобильна, но она же диктовала условия, определяя жанр. Выстроить кадр означало еще и снимать с одной точки достаточно долго. Да и звук кинокамера не писала. Это была отдельная технология. Поэтому телевизионные новости 1960-х больше напоминают кино.
![Татьяна Топоркова, тележурналист, кандидат филологических наук, заслуженный работник культуры России, работала в Тюменском областном телерадиокомитете с 1976 по 1998 годы](/upload/resize_cache/iblock/d3c/200_200_0/1gq1ayki61g629hkq2fvgdff7aw3ehnw.jpg)
«...и там царила режиссура, то есть главным был режиссер, - отмечает Татьяна Топоркова. - Даже на съемки на Север журналистов брали редко, ехал режиссер, оператор, ассистент. Как так? А вот так! Поэтому режиссеры сами искали героев и записывали интервью. Если мы посмотрим очерки, зарисовки тех лет, там нет журналиста в кадре. Есть крупный план, и человек говорит монолог».
Самотлорское месторождение нефти — крупнейшее в России — было открыто в 1965 году. Его уникальность не только в объемах запасов, но и в том, что над огромной кладовой с нефтью — озеро. Как только геологи разбудили Самотлор, стало понятно, что Западная Сибирь — это не просто нефть, а большая нефть.
И началась эпоха большого тюменского телевидения: в 1967-м стартовало вещание телестудии в Нижневартовске, в 1969-м — в Ханты-Мансийске, в 1970-м — в поселке Комсомольский (ныне — город Югорск).
«Тоже не без юмора было. Нижневартовску нужно телевидение. Большой уже город. И что вы думаете? Они соорудили студию телевидения… в городском морге!» — смеется Виктор Горбачёв.
Старички падали, падали…
Погоня за телевизионными рейтингами велась на государственном уровне. В 1968 году в Тюменской области было 70 тысяч черно-белых телевизоров. А жителей — более 1,4 млн. То есть один телевизор примерно на 20 человек.
Чтобы приучить смотреть телевидение, начали снижать цены на телевизоры. Если черно-белый стоил как два настенных ковра, то должен был стоить как одна хрустальная люстра.
К тому же в середине 1970-х полки магазинов ломились от красавцев, передававших все цвета радуги. Правда, для этого нужно было, чтобы телевизионный сигнал шел цветным. В Москве вещание в цвете было запущено в 1967-м, а вот до Сибири оно добралось только к 83-му.
«Я жила в Заводоуковске, и когда вещание только начиналось, было два канала, - говорит Любовь Карпенко, диктор Тюменского областного телерадиокомитета, Почетный радист, Почетный нефтяник. - Тюмень на втором канале, на первом — Центральное телевидение. У нас телевизора не было. Мы ходили в гости, смотрели фильмы, передачи. Помню Генриетту Александровну Горбачёву, которая вела музыкальную программу «По вашим письмам». Мы с двумя подружками написали письмо на телевидение, заказали, чтобы нам поставили номер из кинофильма «Карнавальная ночь» со знаменитыми братьями-чечеточниками Созоновыми. И представьте наш восторг, когда Генриетта Александровна выходит в эфир и говорит: «Нам написали девочки из Заводоуковска Таня Мезенцева, Света Цекалова, Люба Карпенко...» Мы визжали от восторга! И, конечно, я не могла себе представить, что поеду в Тюмень, буду работать на ТВ, в одном цехе с Генриеттой Александровной, и вести похожую программу».
Но наполнять музыкой, равно как и информацией, сердца тюменцев телевизионщикам порой было нелегко.
«Это в Свердловске, в Новосибирске уже были современные телекомплексы. А у нас на четвертом этаже столы плавились от мощных осветительных приборов. Люди в обмороки падали, — рассказывает Виктор Горбачёв. — Пригласили хор ветеранов… Продержались старички минут пятнадцать. Потом один упал, второй. Остановили съемку».
Зрители постоянно требовали улучшения качества телепередач — на бюро обкома партии даже рассматривалось письмо преподавателя Тюменского пединститута Бабкина, который сетовал на техническое оплошности, несуразности в сетке вещания, считал, что нужно иметь собственного комментатора по внешнеполитическим вопросам и больше внимания уделять передачам для детей.
«И вот Тюмень начала подниматься. И с ней поднималось телевидение. По-настоящему реформировал тюменское телевещание и сделал его значимым Владимир Порфирьевич Костоусов», — отметил Виктор Горбачёв.
Теле-папа
Любовь Карпенко запомнила его очень интеллигентным, всегда тактичным, заботливым: «Рабочий день заканчивался, он обходил все здание. Мы в это время в дикторской сидим, готовимся к эфиру. Макияж, прическа, тексты читаем. Он обязательно спросит: „Здравствуйте, как дела, как настроение, какие-то проблемы есть?“ Или просто пожелает доброго вечера. Мы знаем, что он обязательно посмотрит эфир. Если будет плохо, скажет об этом. Хорошо — тоже скажет. Для меня, если разобраться, это был телевизионный отец».
«Владимир Порфирьевич добился, что Комитет стали писать с большой буквы. Поднял тюменскую журналистику на совершенно другой уровень, - вспоминает Людмила Трепянская, журналист, председатель Совета ветеранов Союза журналистов Тюменской области. - При нем построили новое здание, телевидение переехало из Главпочтамта на ул. Пермякова, туда же с ул. Хохрякова переехало радио. Радийщики и телевизионщики стали единым коллективом».
«Он сумел так выстроить взаимоотношения с властью, что уважение к ТВ поднялось, — говорит Татьяна Топоркова. — В то же время он был не чужд авантюрам. Приключилась у нас однажды история, которую уже можно рассказать. Когда он приступил к работе, то захотел, чтобы мы делали детскую сказку. И решил послать меня и режиссера в Свердловск, где такая сказка шла. Надо сказать, что тогда командировки за пределы области были делом достаточно редким. Можно было выезжать членам Союза журналистов. Я в то время в союзе не состояла. И меня направили под именем Виктора Строгальщикова. А я об этом не знала. Когда пришли с Владимиром Порфирьевичем в обком оформлять командировку, секретарь спросил: „А кто из вас Виктор Строгальщиков?“ Я сказала: „Наверное, я“. Костоусов вывел меня за руку из кабинета, а сам остался. И каким-то образом я поехала».
Продолжение следует.