Писатель Евгения Некрасова: Важно «втащить» в школьную программу книги, в которых подростки узнают себя

Новый регламент для библиотек вступил в силу. Теперь книги с маркировкой 18+ должны храниться в специальных шкафах или помещениях — подальше от юных читателей. «Под замок» отправят не только произведения современных авторов с особым взглядом на жизнь, но и многих классиков. И даже Пушкина. Оправданы ли очередные запретительные меры? Об этом ведущий программы «Вечерний хештэг» Дмитрий Чашков поговорил с московской писательницей Евгенией Некрасовой, чьи книги, возможно, тоже выдавать будут только по паспорту.

— С законом о возрастной маркировке мы живём уже без малого 8 лет. И все вроде тихо и спокойно. Но вот очередная инициатива ради безопасности неокрепшей детской психики. Как вы воспринимаете нововведение?

— Я воспринимаю этот приказ для библиотек как «младшего сыночка» сюрреалистического закона об обязательной возрастной маркировке, который был принят в 2012 году. Это очень вредный закон для литературы. Он испортил жизнь детским издательствам, которые ранее выпускали действительно важные для подростков книги. В них поднимались темы, которые их реально волнуют: подростковой депрессии, травли, тема взросления, телесности. Сейчас из-за маркировки эти книги могут попасть к подросткам через родителей. Так образуется «зазор» между реальной жизнью и литературой.

— Зачем все эти показательные выступления с запретами? Неужели подросток не сможет найти интересующую книгу в интернете? Планшет ведь в дальний шкаф не спрячешь?

— Это, действительно, странная идеологическая политика, которая мне непонятна. Я искренне не понимаю, почему нужно лишать подростков возможности читать книги на важные для них темы? Но этот приказ касается не только детей. И подростков. Например, библиотекари — они, как работники книжных магазинов, создают дисплей: вот, например, сегодня — лучшая подборка фантастики, вот новинки, вот книги победителей литературных премий и т. д. Это прямой и короткий путь к читателю. А если что-то будет спрятано в дальний ящик, то это точно не дойдет до читателя. Все это печально, поскольку литература и так сегодня не является частью популярной культуры. Чтение тяжело пропагандировать, а этот приказ — еще одно препятствие

— Вы являетесь автором книг с маркировкой 18+ … Скажите, вы когда-нибудь лично встречались с людьми, которые принимают решение о маркировке? Кто эти люди? Кто эти «великие» умы?

— Не знаю… Я их ни разу не видела. Я не знаю, кто эти люди и воспринимаю их как большую популистскую «машину», которая производит странные законы и приказы. У меня, кстати, две книги 18+ и обе выпускаются в целлофановой упаковке. Когда тираж допечатывают, он тоже в целлофане.

— Список 18+ многогранен. Там, конечно, Сорокин, Пелевин, Иванов, Прилепин. Удивило что «11 минут» Коэльо попали в него или «Один день Ивана Денисовича». Думается, и Бунину с Куприным достанется. Эта грань, где начинается запретное, — она очень непонятная…

— Всех современных авторов проходят по программе уже в старших классах. Современные — я имею ввиду — те, что писали в последние 40 лет. Сорокина будет странно читать детям, странно и неинтересно, потому что они не поймут. Здесь все зависит от учителя. Но всё-равно важно «втащить» современных авторов в школьную программу. И также важно, чтобы сюда попали книги, в которых подростки могут узнать себя.

Фото: wikipedia.org