На сайте интернет-газеты «Вслух.ру» состоялась онлайн-конференция с трехкратным победителем Паралимпийских игр Николаем Полухиным.
_В среду, 2 апреля, на сайте интернет-газеты «Вслух.ру» состоялась онлайн-конференция с трехкратным победителем Паралимпийских игр, девятикратным чемпионом мира, неоднократным серебряным и бронзовым призером Паралимпийских игр и чемпионатов мира по лыжным гонкам и биатлону Николаем Полухиным. Он рассказал о своем пути в спорте, выступлениях на Паралимпийских играх, поделился секретами спортивного успеха и дал советы начинающим спортсменам._
— Здравствуйте! Первый вопрос такой: «У вас есть лидер Андрей Токарев. Вам всегда приходится работать в паре. Насколько важны и должны быть тесными ваши отношения?»
— У нас, прежде всего, профессиональные отношения. Мы стараемся все внимание направлять на занятия спортом. Конечно же, мы дружим, наши семьи знакомы. Взаимоотношения очень тесные.
Я должен полностью доверять своему лидеру, он очень много значит для спортсмена. Лидер помогает готовить инвентарь, лидер — это глаза спортсмена на тренировке. Если тренер не успевает что-то вовремя подсказать — лидер подскажет.
Лидер должен смотреть как вперед, так и назад, на спортсмена, чтобы, ни дай бог, не убежать от него. Когда лидеры только начинают работать со спортсменами, им всегда хочется убежать вперед с непривычки. У них появляется такое чувство, что они не смогут убежать. И у Андрея поначалу такое бывало, но мы быстро сработались. Мы очень похожи по физическим и психологическим параметрам.
— То есть, нужно совпадать еще и в этом плане?
— Да, конечно. Если лидер намного выше спортсмена, то он не будет попадать в длинный шаг лидера. Очень сильный толчок лидера будет антиподом короткому толчку спортсмена, это уже спортивные нюансы. Лидер должен чувствовать спортсмена спиной.
Мы стараемся не надоедать друг другу во время сборов. Я никогда не лезу к Андрею с глупыми вопросами.
— Кто-то специально подбирал вам лидера или это случайно получилось?
— Случайно, хотя тренер искал спортсмена для меня непосредственно. Мы участвовали в летнем чемпионате области по лыжным гонкам в Упорово. На этих соревнованиях я участвовал без лидера. Андрей тогда по здоровью уже год не бегал в сборной области, и ему предложили быть лидером. Это было семь лет назад.
— Что или кто привел вас к занятиям спортом?
— Прежде всего слабое здоровье. У меня был длительный период операций на глаза. На протяжении пяти лет ежегодно по одной-две операции. В это время мне противопоказаны были физические нагрузки, нельзя было делать резких движений.
Наша врачебная практика такова, что если у тебя есть ограничения по здоровью, тебе просто запрещают заниматься спортом. У меня было освобождение от физкультуры, в школьном аттестате нет даже такой записи.
— Как же сейчас это нелепо воспринимается, с высоты достигнутого!
— Да, сейчас это воспринимается, мягко говоря, странно. Эта череда событий подтолкнула меня к занятиям спортом. Я вырос в деревне, был подвижным мальчиком, хулиганом. Лазил где-то, получил травму и пять лет мне нельзя ничего делать.
Я просто места себе не находил. Мне хотелось чем-то заняться. Я сказал родителям, что хочу продолжить занятия спортом. Попробовал делать отжимания, подтягивания, ждал, что наступит какое-то ухудшение. Но ничего не произошло, и я продолжил заниматься.
Приехал мой старший брат. Он знал, что у меня есть желание заниматься спортом, и привез гантели. Впоследствии я начал собирать, как говорят качки, железо. Добавлял нагрузку, где-то чрезмерную.
Когда учился в голышмановском педагогическом колледже, я ходил в секцию спортивной гимнастики. Пробовал мини-футбол, но мне больше подходили индивидуальные виды спорта, занятия штангой. Я даже выезжал в составе сборной колледжа на областные соревнования по гиревому спорту.
Я начал принимать участие в соревнованиях среди инвалидов. Потом соревнования переименовали в областные паралимпийские игры. В 2000 году впервые выехал на робинзонаду (соревнования по спортивному туризму), позже привлекался как инструктор по туризму. В общем, занимался всеми видами спорта, которые были в районе.
— А кто привел в большой спорт?
— На областных паралимпийских играх в Исетске в 2003 году меня увидел Борис Алексеевич Мишатин, ветеран Великой Отечественной войны и ветеран спорта. Он предложил попробовать силы в паралимпийской сборной области в лыжных гонках. «Вообще, как у тебя с лыжами?» — спросил он. «Я с детства на лыжах, в деревне вырос», — ответил я. Вот так и попал к Вячеславу Анатольевичу Голдинову в сборную.
Параллельно я поступал в институт физической культуры. Сдал документы как инвалид и сообщил, что буду заниматься лыжными гонками. Поступил на бюджет, впоследствии пришлось перевестись на заочное отделение. Когда закончил бакалавриат, перевелся обратно на очное. Теперь я очно учусь в магистратуре.
— Что для вас было самым трудным на Паралимпиаде? Были такие моменты, когда вам приходилось включать все свои возможности, чтобы стать первым?
— В Сочи у меня было очень тяжелое состояние, особенно в первых двух гонках. Было тяжело дышать во время выступлений, хотя на тренировках этого не чувствовалось. Когда я вышел на старт и пробежал практически круг, я понял, что у меня сковывает дыхание, не хватает воздуха. Но я продолжил бежать и стрелять. На первом же рубеже был промах, пришлось бежать штрафной круг, до которого я был лидером. Опустился на седьмое место. Но после второго рубежа вновь удалось захватить лидерство. На последнем круге не хватило сил, хоть и хотелось победить. Время оказалось на 10 секунд хуже, чем у соперников. Во второй гонке это повторилось.
Хорошая форма была в спринте, но во время сильного снегопада я потерял из виду Андрея и перед самым стадионом заехал в сугроб. Упал, перевернулся через себя, сломал очки. Встал, продолжил гонку, но на финише показал девятый результат, всего на секунду меньше, чем требовалось для прохода в полуфинал. Андрей, конечно, расстроился. Мы встретились в раздевалке, и я ему сказал: «Спринтерская гонка непредсказуема, скоротечна. Может быть всякое. То, что мы упали на Паралимпиаде — это нехорошо. Но давай не будем расстраиваться, завтра выходной, начнем настраиваться на биатлон». Так и сделали.
Тренер был недоволен, даже ругался. Но после выходного мы показали лучший результат, самочувствие было отличное, стрельба тоже. Мы выиграли золото у Анатолия Ковалевского, одного из лидеров мирового биатлона. Был великолепный день. Все компенсировала золотая медаль. На этих эмоциях мы и эстафету выиграли.
За любую медаль надо бороться, к ней нужно стремиться на протяжении всего олимпийского цикла, четырех лет. Показывать хороший результат, завоевывать кубковые очки. Все это в совокупности приводит к высшей медали.
— Эта Паралимпиада, наверное, вселила надежду в тех людей, у которых есть какие-то ограничения по здоровью. Как вы думаете, людям важно иметь такой пример перед глазами?
— Очень важно. Многие не знают, как и я до 2000 года, что существует паралимпийский спорт. На собственном примере я хотел показать и показываю, что нужно стремиться к лучшему, не опускать руки и не падать духом. Я надеюсь, что те, кто увидел нас впервые, не только порадуются, но встанут и пойдут в тренажерный зал.
У меня вот не было тренажерного зала. Я зимой и летом занимался на улице. Мама сказала: «Дома не брякай, иди на улицу». И я все железо перетащил туда. Сейчас тренажерные залы хорошо оснащены, и я думаю, что администрация любого зала готова пойти на уступки людям с ограниченными возможностями: либо позволит заниматься бесплатно, либо предложит хорошую скидку на абонемент.
— Сейчас ведь есть инструкторы, способные проконтролировать занятия людей с ограниченными возможностями?
— Да, инструкторы есть, но не у всех есть коррекционное образование. У нас в Тюмени нет коррекционной физкультуры, есть в Кургане, Перми. У нас ребята хотят открыть, но почему-то все тянут. Дело в том, что медицина по-прежнему запрещает занятия спортом. Ничего не меняется.
Инструкторы могут пройти полугодовые коррекционные курсы по адаптивной физической культуре. Это зависит от желания инструктора и возможностей спортзала. После Паралимпийских игр в Сочи будет большой поток людей с ограниченными возможностями. Я не имею ввиду спортзалы, я говорю про бассейны, легкоатлетические манежи. Весной, кстати, будут городские паралимпийские игры, это легкая атлетика.
— Очередной вопрос такой: «Как долго вы намерены продолжать участие в соревнованиях? Это ведь нелёгкий труд. Будет еще одна Паралимпиада? И чем планируете заняться, когда закончите спортивную карьеру?»
— У меня широкий спектр возможностей тренерско-преподавательской деятельности. Прежде всего я поставил цель принять участие в Паралимпиаде в Южной Корее. Упор будет на биатлон. В длинной гонке у меня выявились очень хорошие возможности, к ней добавлю среднюю гонку с четырьмя огневыми рубежами. Надеюсь, что получу возможность отобраться в смешанную эстафету.
После Паралимпийских игр, я думаю, что сменю вид деятельности спортсмена-инструктора на административную должность.
— Николай, в спорте есть не только победы, но и поражения. Были ли крупные поражения в вашей спортивной карьере? Если да, то как с ними справились? Интересно также узнать, вам уже вручили автомобиль за победу на Паралимпиаде? Как вы им распорядитесь?
— Автомобиль еще не вручили. Не знаю когда, потому что Москва не дает определенных сроков. Но и отказа не было, как после Ванкувера. Кто-то из спортсменов предложил взять деньгами компенсацию в размере автомобиля. В итоге организаторы всех спортсменов перевели на компенсацию. Одному стоит попросить, как все переводятся на деньги без ведома спортсменов.
В прошлый раз я не отказывался от автомобиля, но мне все же перечислили деньги. Причем расчет компенсации идет из минимальной базовой комплектации автомобиля. Сейчас определили следующим образом: за золото — Mersedes GL, за серебро — ML, за бронзу — GLK. Цена у всех разная. Мы обошли всех спортсменов, рассказали историю прошлых лет. В итоге, все спортсмены расписались за автомобиль. Кто не захочет владеть автомобилем, может его продать.
Что касается поражений, они, конечно, были. Можно ли назвать поражением четвертое место на Паралимпиаде в Сочи в последней гонке на 10 км свободным стилем? Я думаю, что сделал все возможное, но ребята показали лучший ход. У них и эмоциональное, и физическое состояние было лучше моего в тот момент.
Спринт для меня вообще непредсказуемый и, чаще всего, тяжелый вид соревнований. Потому что в последние два года я взял мало призов в этой гонке. Это говорит о том, что я больше склонен к биатлону, лыжным гонкам и эстафете.
В этот раз в эстафете участвовали девушки, которые до этого никогда не бегали такие гонки. Это Светлана Коновалова и Алена Кауфман. Они очень боялись, что не проявят себя. Но на самом деле они показали свой лучший результат. Все, кто боролся в эстафете, стремились к победе. Не на одном этапе. Думали, что ребятам будет тяжело, и если они сами пробегут чуть быстрее, то другим станет легче. Вот этот командный дух и принес победу.
— Паралимпиада — серьезная нагрузка, после которой, наверняка, необходим хороший отдых. Запланировали ли вы нечто подобное? Если да, то как собираетесь его провести? Как вообще проводите свободное от тренировок время?
— После лыжного и любого спортивного сезона нельзя резко бросать заниматься. Нужно заниматься со снижением нагрузки. Наша команда сейчас в свободном графике приезжает на «Жемчужину Сибири».
Я сегодня приехал туда, покатался. Когда сезон закончится, примерно 10 апреля, пройдет «закатка». Так лыжники называют время после сезона, в которое нужно перевести организм из боевого состояния в нормальное. Тогда наступит время пройти медицинское обследование. По его итогам наши спортивные врачи определят, на что кому нужно обратить внимание.
Нагрузки очень большие, организм находится в истощенном состоянии. Поэтому требуется лечение и санаторно-курортное оздоровление. Я вот собираюсь пролечиться и попросить путевку в санаторий.
— Своеобразный отдых, конечно. Не так, как все привыкли: за границу, на пляже валяться.
— У нас есть лечебно-восстановительный сбор, во время которого спортсмены выезжают на море. Последние два года мы выезжали в Дубай на две недели. С утра зарядка, потом тренажерный зал, плаваем в море. До солнцепека играем в волейбол, кто может. Постоянно находимся в движении.
Спортсменам легче переносить нагрузки при смене циклической деятельности на игровую. Кто-то ходит в кросс-походы с палатками, но это зависит от тренера.
— Еще хочется спросить про талисманы. Наша читательница слышала, что спортсмены — очень суеверный народ, у них есть свои приметы и счастливые шапочки, лыжи, коньки, клюшки, ракетки. Есть ли у вас такие «счастливые» вещи, и верите ли вы в то, что они приносят удачу?
— Да, есть. Я всегда с собой вожу иконку-оберег Николая Чудотворца.
— Расскажите, чем отличалась Паралимпиада в Сочи от Паралимпиады в Ванкувере, где вы также принимали участие и стали победителем?
— Организация в Ванкувере была на уровень ниже. И болельщиков было не так много, в основном, делегации разных стран. А здесь были и простые люди, которым дали возможность приехать и поболеть за спортсменов. Мои родители приезжали в Сочи болеть за меня по программе «Спасибо мамам». Папу командировал департамент по спорту и молодежной политике Тюменской области.
Друзья болели за меня дома, смотрели по телевизору, знакомые тоже. Куда бы я ни пришел, везде мне говорят, что держали за меня кулаки.
— Николай, а на кого вы равняетесь в биатлоне и лыжных гонках? Есть ли у вас кумиры и кто они?
— Кумиров нет. Но по технике мы смотрели на Фукрада, Бьерндалена и Евгения Устюгова. Сравнивали, пытались скопировать, как лыжники очень высокого класса бегают. Все-таки у них эталонная техника. Я думаю, что это нам помогло.
— Что сказали родители, когда вы выиграли первые серьезные соревнования — чемпионат России, чемпионат мира? Остается ли у вас время на личную жизнь? Вы женаты, у вас есть любимая девушка?
— Когда я в первый раз выиграл золото на чемпионате России в 2007 году в Екатеринбурге, я позвонил домой и сказал, что занял первое место. Мои родители не поняли меня и переспросили: «Как первое место? Это золото?» Для них первое место и золото — разные вещи.
С личной жизнью дела переменчиво, то встречаюсь с девушкой, то нет. Еще не определился.
— Как опытный биатлонист и лыжник, можете сказать, чего не хватает нашим биатлонистам и лыжникам? Почему они не могут завоевать Олимпийские награды? Ведь по сравнению с паралимпийцами лыжные и биатлонные сборные России выступили в Сочи весьма бледно.
— Еще после Ванкувера я говорил, что нельзя сравнивать. Эти вопросы очень провокационные и настраивают не только спортсменов друг против друга, но и руководителей федераций.
Они выступили достойно, на Олимпиаде в Сочи они выиграли общий командный зачет. Мы тоже выступили достойно и заняли первое место в неофициальном зачете. Это совершенно разные вещи.
На Олимпиаде и скорости, и возможности другие. Физические качества спортсменов там намного выше, хотя паралимпийцы сильнее духом, потому что преодолевают трудности каждый день, как слепые, так и с заболеваниями опорно-двигательного аппарата.
Слепые иногда ходят по городу без помощи кого-либо, натыкаются на людей, извиняются. Им говорят: «Ты че, слепой что ли?!» Колясочникам очень сложно передвигаться по городу. У нас в Тюмени некоторые организации делают пандусы только для того, чтобы поставить галочку. Они очень крутые, либо вообще заменены рельсами. Это смешно, глупо и неправильно.
Для слабовидящих делают желтые плитки. Они должны направлять к зебре, а их укладывают поперек, чтобы было удобнее стоять на светофоре. Для колясочников нет специальных дорожек. Я вчера прошелся по городу и у меня колени заболели, потому что весь город — сплошной каток. Я шел по тротуару и чуть не упал несколько раз. Колясочнику в такое время выйти нереально, он просто не сдвинется. Слепому тоже не пройти, надо обувь как у альпиниста, с шипами.
Городские условия, конечно, начинают появляться: светофоры со звуковым оповещением, желтые круги на стеклянных дверях. Но это единицы. А должен быть ГОСТ.
— Спасибо вам за подробнейшие и интересные ответы. Напоследок хотелось бы задать еще один вопрос, которым интересуются читатели: Как вы настраиваетесь на гонку, может. слушаете любимую музыку?
— Слушаю радио «Шансон».
