Директор центра «Милосердие» уверен, что дает многим обездоленным последний шанс...
Подобных Андрею Александровичу альтруистов в Тюмени не знаю. Работать с бездомными, помогать им — такие люди сегодня редкость. «Другие ходят на работу, а мне — не надо. Встал — и уже на работе», — шутит наш герой. О том, что заставляет его возиться с отщепенцами, даже если это бандиты, директор центра «Милосердие» рассказал «Вслух.ру».
Моя задача — дать людям шанс
— Почему начал работать в центре? В 90-х годах я попал в Рыльск в Свято-Николаевский мужской монастырь, познакомился там с Архимандритом Ипполитом, афонским старцем. До этого я верил, но у меня было предвзятое отношение к церкви как к институту. И вот своими глазами увидел человека, который реально являл свою любовь к ближнему. К нему со всей России съезжались грешники, и он неизменно им помогал. Именно Ипполит закрепил меня за этим делом — помощи бездомным и отсидевшим, сказал: «Ты наш человек — давай вместе работать». Тогда я начал возить зависимых к нему в монастырь.
Андрей Александрович с женой
С 2000-го года после ординатуры я работал психиатром в онкодиспансере у Михаила Наумова. Тогда установились некие медико-церковные отношения: в 2003 году заключили соглашение между Епархией и областным департаментом здравоохранения. И вот я до 2017 года, пока не основал центр «Милосердие», создавал епархиальный реабилитационный центр, куда приходили бездомные, открывал «Богадельню» …
… Моя задача — дать этим людям шанс изменить свою жизнь. Вот сидишь разговариваешь с подопечным — он выглядит отталкивающе: перекошенное в шрамах лицо, ходит с тросточкой. Задаю ему вопросы и узнаю, что отсидел, а когда вышел, то родные на нем крест поставили, теперь он без особого места жительства. Куда податься?!
А я на своем опыте убедился в том, что в этих людях остается человеческое начало, и нужно дать им возможность вернуться к нормальной жизни. Да, они могут злоупотребить этим шансом, начать манипулировать, направить дарованные им льготы во вред — не воспользоваться предложенным выбором. Но если мы будем думать, что все они безнадежны, что не воспользуются нашей помощью, то не дадим шанса тем, кому он по-настоящему нужен. Может быть, это будет один человек из ста. А вдруг из-за того, что на всех махнули рукой, мы этого одного пропустим, не дав возможности изменить жизнь?
Сделать это можно по-разному: в одном случае — перестать пить и устроиться на работу, а в другом — прийти перед смертью к Богу.
Светским людям второй вариант трудно понять, но верующие меня поймут. Это — тоже спасение. Даже если человек был бандитом, разбойником, у него есть шанс покаяться. Ведь первым в царствие небесное вошел покаявшийся разбойник. Не какой-нибудь Левит, а бандит, который осознал глубину своего падения и покаялся перед Богом. Да и Иисус в первую очередь пришел к отверженным. И вот здесь мы с такими общаемся, которые, может быть, в земной жизни уже и не в силах ничего изменить. Но эта жизнь — миг, а мы уходим в вечность.
В молодости были другие планы
…Кстати, это предубеждение, что врач — циничная профессия, что медики не верили в Бога. В русской традиции врачи перед тем как лечить ходили на исповедь. Тот же святой — врач Сергей Боткин, который сто лет назад пошел на расстрел вместе с семьёй императора, всего себя отдал людям и своему делу, был глубоко верующим человеком. Мы тоже по мере сил и возможности как можно лучше стараемся делать свою работу, не всегда получается так, как хотелось бы, но для нас во главе угла — доброжелательное, человечное отношение к клиентам.
…В молодости у меня, конечно, были другие планы — хотел заниматься психиатрией, с 10-го класса уже планировал, что буду именно психиатром. Но и сейчас у нас в центре такие пациенты, с которыми я как психиатр, нарколог-психотерапевт могу себя проявить: люди с психическими отклонениями и с алкогольной зависимостью. Так что профессиональные навыки я не потерял.
…Когда у нас объявили карантин, врач, увидевший наших пациентов, задал вопрос: «Вы что употребляете, чтоб с ними работать?» (смеется. — Авт.). Но ведь это наши люди, продукт нашего общества! Дело в том, что, например, бездомные психически больные, которые оказываются без попечения близких родственников, без нашей заботы не попадут в психоневрологический дом-интернат. Они же не виноваты, что у них шизофрения! Или олигофрены, которые до 18 лет живут в интернатах, а потом за ними никто не следит, и в результате они часто становятся жертвами воров.
Право убить себя алкоголем
Если смотреть с социальной платформы, то центры подобные нашему нужны для реабилитации людей. Они начали появляться после того как расформировали лечебно-трудовые профилактории (ЛТП), с распадом Советского Союза. Получается, что этим людям — слабоумным, бездомным — государство дало право на свободу убить себя алкоголем. И большая их часть, которая сегодня живет на улице, — это жертва той алкогольной войны, когда любому всё дозволено, как в поговорке: «он выпил больше чем мог, но меньше, чем хотел». А после того как они побывали в местах лишения свободы, родственники от них отвернулись. Но это же люди!
К нам однажды пришел человек, отсидевший 44 года. И его родственники не хотели его видеть. Он уже скончался для них.
И сегодня у государства нет рычагов, которые могли бы это регулировать. Мы не можем всех спасти, и нам приходится видеть, как эти люди убивают себя алкоголем. Если в наших центрах им не помогут, они придут в подъезд к вам. И вот мы, как можем, локализуем этих людей. Больных психически после реабилитации отправляем в дома-интернаты.
…Сегодня они в таком положении, а завтра, кто знает, что будет с теми благополучными, у которых всё есть, не думающими о Боге. Есть же такая поговорка «От тюрьмы и от сумы не зарекайся» …
Фото из архива Андрея Якунина
Справка «Вслух.ру»
Центр «Милосердие» создан в 2017 году. Оказывает помощь лицам старше 18 лет, попавшим в сложную жизненную ситуацию; без определенного места жительства; освободившимся из мест лишения свободы. При центре работает служба «Социальный экспресс», группа немедленного реагирования (патруль). С пациентами занимаются медсестры, психологи, священнослужители. Адрес: г. Тюмень, ул. Коммунистическая, 70. До недавнего времени здесь было 84 подопечных, но сечас из-за коронавируса они перемещены в «Градостроитель» и моногоспитали — до 25 июня, сам Андрей Якунин — на самоизоляции.
