Катя Рубан: Прислали сообщение: «Хотим издать ваши стихи». Так все началось : Интервью : Вслух.ру : Новости Тюмень

Катя Рубан: Прислали сообщение: «Хотим издать ваши стихи». Так все началось

Книга Кати Рубан «Сохрани» этой весной выходит в крупном российском издательстве.
Новости > Интервью

Современный человек одной ногой уже в виртуальном мире, но почему-то для нас по-прежнему важен, например, выход бумажной — настоящей — книги. Это подтвердила поэт Катя Рубан из Нижней Тавды, у которой в этом году выходит бумажная расширенная версия сборника стихов, выпущенного ранее в электронном виде. Сборник «Сохрани» публикуется издательством «Эксмо» в занимательной серии «Новые стихи». Сама Катя не называет себя поэтом, но обещает проверить ощущения после того, как возьмет в руки свою первую книгу. О том, что привело девушку, пишущую стихи, из Казахстана в тюменское село, откуда приходят слова и считает ли она себя уже тюменским автором, Катя рассказала в интервью нашему изданию.

center

— Катя, расскажите, когда были написаны стихи, вошедшие в сборник?

— Вообще в книгу вошли стихи разных лет. От дат при публикации решили отказаться. Мне, в принципе, не важно, есть даты или нет. Но временной промежуток — это где-то около шести последних лет.

— А когда примерно написано первое стихотворение, которое вы сами воспринимаете всерьез, не детские эксперименты?

— Вообще я каждый год думаю: вот, наконец, написала Стихотворение! Постоянная переоценка происходит. По нынешним моим ощущениям первое такое настоящее стихотворение появилось как раз лет пять-шесть назад. А первые попытки были в школе. Какие-то басенки, маленькие стишки. Уже потом, в студенчестве, поплотнее занялась этим.

— Окружающие знали, что вы пишете стихи? Или, может, вы скрывали?

— Никогда не скрывала. В школе, наоборот, подростком, демонстрировала: вот, я пишу. В студенчестве (Катя окончила филфак Северо-Казахстанского госуниверситета. - Прим. ред.) тоже участвовала во всяких литературных конкурсах. С сокурсницей основали литературный клуб. Поэтому знали все. А сейчас не то чтобы скрываю, скорее не распространяюсь об этом.

— Что изменилось?

— Видимо, стала понимать, что об этом не обязательно кричать. Если это твое, то придет и определенная известность, и все остальное. Не нужно специально ничего для этого предпринимать. Иначе говоря, доказывать делами, а не словами.

— Как эта известность в лице крупного российского издательства к вам пришла?

— Я никогда даже не думала, что у меня выйдет книга. И уж тем более, что она выйдет в таком известном издательстве. И что я за это ни копейки не заплачу. А началось все с того, что мы с командой тюменских поэтов в конце 2018 года поехали на Пермский литературный фестиваль «Компрос». Кстати, это там ежегодно выбирают литературную и поэтическую столицу Урала и Сибири. Мы там выступили, чуть-чуть проиграли команде из Екатеринбурга. В жюри тогда была ведущий редактор издательства. Уехали, все это стало забываться. Но месяца через два после фестиваля этот редактор написала мне в мессенджере: «Мы хотим издать книгу ваших стихов». Так все и началось.

Подписали договор на издание электронной книги. Условием издания бумажной версии стало определенное количество скачиваний, около тысячи. И оно было выполнено. Поэтому приступили к работе над бумажной. Она вышла тиражом уже две тысячи экземпляров.

— Когда поступило предложение об издании книги, раздумывали?

— Я согласилась сразу. Сообщила мужу. Он меня очень сильно поддержал, сказал: «Давай сразу соглашаемся! Такое может быть вообще раз в жизни».

— Предложили гонорар?

— По договору — роялти, с каждого проданного экземпляра книги определенный процент. Он небольшой.

— Я к тому, что вы сейчас работаете, как я понимаю, в школе...

— В спортивной школе, да. Инструктор-методист.

— … но о том, чтобы зарабатывать своим литературным трудом, пока речь не идет?

— Конечно, я об этом думала, хотела. Но, мне кажется, в современных реалиях на этом заработать невозможно. А на то, чтобы зарабатывать, сочиняя стихи по заказу, я пойти не могу.

— Название сборника «Сохрани» сразу появилось?

— Изначально с редактором ставили другое - по названию стихотворения Ruta siberica. Несуществующий цветок. Но решили, что читатели могут не понять. А их внимание важно. Все-таки книга должна продаваться. Поэтому остановились на нынешнем, тоже по названию стихотворения, одного из самых удачных, на мой взгляд. Оно более нейтральное. Не скажу, что мне не нравится оно в качестве названия сборника, возможно, я придумала бы что-то другое, но это компромисс.

— Что для вас ценнее, вообще книга или бумажная книга?

— Бумажная, однозначно. Очень хотела, чтобы она вышла на бумаге.

— Как долго вы думали о том, какие стихотворения войдут в книгу, над их последовательностью?

— Конечно, мы над этим работали. В электронную версию вошли более поздние стихи, там их не много. У бумажного издания объем больше. Готовя его, я начала копаться в архивах и, кстати, нашла достаточно неплохие вещи, о которых практически забыла. Мы выстроили определенный порядок, переставляли местами, работали над этим.

— Что изменилось в жизни с выходом электронной книги?

— Если говорить о виртуальной жизни, то стало больше подписчиков, виртуальный друзей. Ну и в Тюмень стали почаще звать. Мне стали писать больше отзывов, предлагать поучаствовать в каких-то проектах, приехать куда-то. К сожалению, пока ничего не заинтересовало. В основном предлагают что-то выпустить за плату. Кстати, никогда не понимала, зачем это делать. Пока есть один проект, в котором я участвую, - это бумажная книга. Я вся ему принадлежу.

— А в том, что вы теперь автор с книгой, выпущенной издательством, что-то поменялось в вашем статусе?

— Надо подумать. В принципе поэтом я себя никогда не называла. Мне неловко, неудобно, такое присутствует. Действительно, книга вышла. Но, наверное, и теперь язык не повернется. На определенном этапе в жизни было стыдно за то, что я делаю. Это результат самокопания, постоянной неудовлетворенности от того, что получалось. Наверное, надо как-то попроще к этому относиться, а не есть себя… Но пока я не могу сказать, чтобы что-то изменилось. Подержу в руках книгу — пойму.

center

— Как вы себя определяете тогда? Вы — это кто?

— Вот так, да? Хороший вопрос. Если подумать, несколько ипостасей сочетаются. На первом месте - мама, это точно. Жена. И человек, который имеет отношение к литературе. И к журналистике! Потому что у меня достаточно хороший опыт работы в СМИ, до сих пор лелею надежду, что вернусь. В Казахстане, до переезда в Тюменскую область, работала в областной независимой газете. После переезда - в Тюменской губернии. Моя тема - социальная проблематика. До сих пор невольно выхватываешь какие-то вещи, о которых хотелось бы написать. Информационные жанры не люблю. Мне нравится, когда нужно что-то расследовать, ковыряться.

— Интересное сочетание — стихи и журналистские расследования. А скажите, какова ваша география? По аналогии с биографией. Назовите важные для вас географические точки, и почему они важны?

— Часто думаю, что я человек без родины, без флага. Ни к чему душа не тянется, ничего в памяти не задерживается. Но если говорить о действительно важных местах, то, наверное, это моя малая родина, село Чермошнянка в Северном Казахстане, ближе к границе с Россией. Еще — Днепропетровск на Украине, где живут родные мужа. Мы там были, я влюбилась абсолютно в природу, в климат. Так было здорово. Даже писать стала по-новому. Наверное, все. Я мало путешествую.

— Видела, у вас на странице упоминается Санкт-Петербург, что вы мечтали туда уехать и там богемно зависать. Образ?

— Скорее всего так. В студенчестве с подругой художницей Леной Егорочкиной, которая, кстати, оформила обложку книги, мечтали туда уехать, заниматься творчеством. Но это в прошлом.

center

— А как же вы попали в Нижнюю Тавду?

— Перебралась в эти края шесть лет назад. Я раньше приезжала в Тюмень к друзьям. Понравилась атмосфера. К тому же город похож на тот, где я училась и жила раньше, Петропавловск. И что-то новое, и в то же время такие домашние нотки. Но долго не получалось оформить документы, гражданство. И тогда с мужем подумали, почему не поехать в Нижнюю Тавду? Там как раз были нужны специалисты нашего профиля. Нижняя Тавда помогла нам, мы помогаем ей как можем. То есть этот переезд был отчасти вынужденной мерой.

Мыли о том, чтобы двигаться дальше, время от времени всплывают. В Нижней Тавде хорошо, нет никаких проблем, но мы больше городские жители. И дочка растет. Может, когда-нибудь.

— Есть такие люди, которых вы любите за их слова?

— Первый человек в этом списке - мой муж, Руслан Романчук. Он тоже поэт, очень хороший. Все началось со стихов. Сначала я прочитала его стихи и поняла: все, я попала... У него, как потом выяснилось, произошло то же самое...

В некоторых случаях слова действительно отражают личность человека лучше внешности, поступков. Я могу по себе сказать. Иногда пишу такие стихи, которые не каждому покажу, потому что там я без прикрас. Не каждый поймет и примет.

Еще к таким людям я отнесу казахстанскую поэтессу Ирину Гумыркину. Мы немного общались, на первых порах в наших стихах было много общего, теперь, конечно, у каждой свое. Недавно открыла для себя Анну Русс, чья книга тоже вышла в серии «Новые стихи». У нее есть потрясающие стихотворения, я в них просто влюбилась.

Поэтессы Луна Манакури, Татьяна Доронина – этих девушек я тоже добавлю в свой список любимых авторов.

— Много читаете поэзии?

— Сейчас меньше. Раньше я работала редактором на литературном сайте, помогала разбирать стихи, указывала на ошибки, читала и хорошие и не очень, следила за поэтической жизнью. Сейчас меньше, потому что физически не успеваю.

— Как реагируете на отзывы на свои стихи?

— Как сказать. Иногда почитываю. Не ищу специально. А раньше яростно следила, смотрела, расстраивалась, плакала. Очень переживала из-за критики. Но есть те, кто критикует по делу, а есть те, кто, видимо, так развлекается. А сейчас вообще отношусь нейтрально. Как Пушкин велел: «Хвалу и клевету приемли равнодушно».

center

— Это определенный дзен. А что нужно, чтобы вы сели и написали стихотворение?

— Ой. Ничего специального не нужно. Вообще как-то получается само собой. Могу идти, оно проплывет в голове, просто потом в телефоне наберешь, поправишь и все. А бывает нужно, чтобы никого не было дома, чтобы была тишина. По-разному. Но чаще абсолютно спонтанно, ни с чего, вдруг откуда ни возьмись приходят слова. Получается, так.

— Этот процесс наполняет или опустошает?

— Опустошает. Нет сил. Ни делать, ни говорить ничего не хочется.

— В какой момент отказались от знаков препинания?

— Не могу сказать, что совсем отказалась. Когда-то пишется со знаками, когда-то без. Вообще я считаю, что отказываться от них совсем — плохо...

— Сразу открывается бездна интерпретаций, и вы как филолог, наверное, не без причины это делаете, открываете эти шлюзы.

— Ну да, мне кажется, что это добавляет чего-то, может быть, даже мистического, позволяет новые смыслы открыть. Когда что-то вроде потока сознания пишется, я не ставлю. Иногда потом пересматриваю и расставляю.

— Кем себя видите через десять лет?

— Когда меня об этом спрашивают…

— Часто спрашивают?

— Да! Я говорю, что буду жить в Таиланде, под пальмой и буду учить тайских детей русскому языку.

— Зачем им это? Чтобы читали русскую поэзию?

— Не знаю, возможно. А вообще я думаю, что буду больше читать, больше отдыхать, больше времени посвящать творчеству.

— Что случится, если в какой-то момент вы перестанете писать стихи?

— (помолчав) Я без этого не могу. Думаю, что если так случится, то перестанет существовать какая-то часть меня.

— Можете себя назвать тюменским автором?

— Вообще в последнее время могу. Чаще употребляю по отношению к себе «тюменская». Потому что я здесь живу, мне здесь хорошо, меня здесь приняли, полюбили. Поэтому, наверное, да, я тюменский автор.

— С творческими людьми здесь вам комфортно, это ваши люди?

— Со многими. Наверное, не может быть, чтобы со всеми было одинаково. А так да, даже не ожидала, что будет настолько хорошо, когда переезжала сюда. А еще я подружилась с ребятами из Перми. Сибирь, Урал - это такие мощные пространства, мощные авторы, читаешь — диву даешься, насколько сильные слова у людей, живущих здесь. Да, мои люди, мои.

Презентация нескольких новых сборников в серии «Новые стихи», в том числе книги Кати Рубан, намечена на 21 марта в Москве. Катя хотела бы побывать на ней лично, пообщаться с читателями, с коллегами-авторами, но пока такой возможности нет. Вместо этого как раз 21 марта у нее в планах отправиться в Тюмень на гала-концерт фестиваля «Всемирный день поэзии», лауреатом которого она неоднократно становилась.

Фото из архива Кати Рубан

Видео с канала «Сибирский листокЪ»

* Кстати, теперь у нас есть Telegram-канал.
Интересные истории, байки из редакции и авторские колонки. Подписывайтесь – @vsluh_ru*


Последние новости


реклама
adverse.description
adverse.description
adverse.description
adverse.description