Эмир Кустурица: Для цыган жизнь — это акробатика, волшебство, как и музыка, которую мы играем : Культура : Вслух.ру : Новости Тюмень

Эмир Кустурица: Для цыган жизнь — это акробатика, волшебство, как и музыка, которую мы играем

рубрика: Культура

Источник: Вслух.ру

Эмир Кустурица отыграл в Тюмени концерт и ответил на вопросы зрителей.


Фолк-джазовая, джипси-панковая, этно-роковая группа The No Smoking Orchestra выступила 10 ноября в тюменской филармонии. Эмир Кустурица присоединился к «Оркестру» в 1986 году, через 8 лет после появления коллектива, но, безусловно, в Тюмени музыкантов ждали как «группу Кустурицы». После концерта режиссёр отвечал на вопросы зрителей, и ни один из них не касался музыки.

Между тем, «Некурящий оркестр» устраивает на сцене зажигательное музыкальное шоу, которое стоит отдельного описания. Заводилами выступают Эмир Кустурица и скрипач Деян Спаравало. Взлохмаченная причёска, мрачноватая физиономия Кустурицы заставляют вспомнить его персонажа из фильма «Гавана, я люблю тебя», даже весёлые огоньки, обрамляющие белую гитару, не убеждают, пока Кустурица не расплывается в добродушнейшей улыбке и не обращается к залу с дружелюбными заигрываниями: «Дорогие девушки!.. И друзья…» Деян Спаравало появляется на сцене в чёрно-красной хламиде, которой предстоит в одном из номеров превратиться в череду дамских туалетов — эдакая школьная хохма, бородатый дядька пытается убедить всех, что он женщина, и во мгновение ока переодевается из одного наряда в другой, продолжая играть на скрипке.

Элемент балагана, ярмарочной палатки с чудесами согласуется с любовью Кустурицы к цыганам, с фольклорными мотивами, которые пронизывают рок-н-ролл и джаз, превращая «городские» жанры в пёстрый шатёр бродячих или сельских музыкантов. Саксофонист Нешо Петрович по прозвищу «Дрозд» похож на цыгана лицом и вышитой рубахой, бас-гитарист и тубист Горан Попович в блестящей синей рубашке с жабо, белых брюках и кроссовках внешне типичный славянин, но тоже вписался бы в табор. Зоки Милошевич в белоснежном костюме свадебного певца, в белой шляпе, с роскошным белым аккордеоном, в контраст ему – лохматый и кудрявый гитарист Ивица Максимович, крутящий мигающую огнями гитару на пузе… Они прыгают, пляшут, лабают, веселятся так, что рыдать хочется — это универсальный местечковый оркестр из тех, что играют на похоронах и свадьбах, из тех, что играют музыку для героев Кустурицы-режиссера. В концерте звучали мелодии и песни из фильмов «Аризонская мечта», «Чёрная кошка, белый кот», «Жизнь как чудо», «Время цыган».

Когда публика налюбовалась на гениального режиссёра с мигающей гитарой, на прыгающего, как мячик Спаравало, накричалась под Fuck You MTV!, группа сделала гениальный ход, пригласив на сцену supporting dancing block. С начала концерта даже без пояснения было ясно, что это «музыка, чтобы танцевать». Но в филармонии двигаться не принято, да и негде. В проходах танцевали только самые настойчивые поклонницы, в том числе фотокорреспонденты и тележурналистки, пришедшие на концерт для репортажа. И вот всех симпатичных и энергичных девчонок, приплясывающих, где только можно, помощник оркестра приглашает на сцену, и артисты могут немного расслабиться, ограничиваясь лишь музыкой — все взгляды устремлены на танцующих девушек (надо отдать должное вкусу помощника). Кустурица оставляет гитару и выстраивает «танцевальную поддержку» в шеренгу, предлагая повторять за собой движения — Эмир умеет завести девушек, кто бы сомневался.

После двухчасового концерта — небольшой перерыв. На творческую встречу с Эмиром Кустурицей остался практически полный зал зрителей. Каждый ответ вызывал аплодисменты, вопросов было больше, чем времени, отведенного на ответы:

- Почему вы выбрали Джонни Деппа на главную роль в «Аризонской мечте», были ли другие кандидатуры на эту роль?

– Джонни Депп – очень хороший человек, для меня очень важно, какой он человек. Ему очень понравились мои фильмы, и, по моему мнению, он самая чистая душа искусства и культуры, поэтому мне был очень легко работать над этим фильмом. Я жил в Америке и перед отъездом хотел оставить свой след, поэтому сделал фильм на английском. Однако этот фильм не стал американским – в нем сербская душа.

- В фильме «Гавана, я люблю тебя» вы сыграли самого себя. Почему вы согласились сняться в этом фильме и что для вас Куба?

– Герой этого фильма — не я, я лишь играл предложенную роль. Я похож на человека, который не любит фестивали и бежит от этого, поэтому меня пригласили, ну а я взялся за эту роль, потому что очень люблю Кубу и для Кубы сделаю всё. Когда сказали, что я должен играть в фильме, который снимают на Кубе, я согласился, даже не читая сценарий.

- Какой жизненный опыт помогает режиссёру стать режиссёром, или дело не в опыте, а лишь в таланте?

– Очень сложный вопрос. В прошлом веке режиссёр был всемогущим, в 1970-е годы было мнение, что высказывание режиссёра сильнее оружия. Когда жили Бергман, Висконти, Феллини, Тарковский, Довженко, Эйзенштейн, фильм был самым могущественным способом показать мир. Но представить режиссёром, например, Достоевского невозможно. Режиссер должен быть и поверхностным, и глубоким, он должен знать всего понемногу и ничего. Может, кто-то в этом контексте и похож на Достоевского, но это должен быть настоящий маньяк, ведь то, что Достоевский легко выражал на бумаге, режиссёру надо сделать совместно с сотней людей.

Мне всегда важно было достичь интимности в съемках, я очень долго снимал свои фильмы, иногда 14–15 месяцев, и много трудился – ничего в жизни мне не далось легко. Выходит, я – противоположность американской модели и принадлежу, наверное, к старому типу художественной культуры. Американцы обсуждали самого важного деятеля искусства, и в числе первых был Энди Уорхолл, а Достоевского в этот перечень вообще не включили, потому что им нужна лёгкая cool-культура. Вот и выходит, что я режиссёр прошлого. Но это не значит, что я не буду снимать новых фильмов.

- А у вас уже есть новый проект?

– Следующий фильм называется «Любовь и война», он состоит из трёх притч. Первая — о солдате, который во время войны снабжал крепость молоком из деревни. Каждый день он преодолевал пять километров от деревни до крепости, по дороге встречал змей и подкармливал их молоком. Змеи росли, война подходила к концу. Солдат был уверен, что война закончилась. Он в последний раз отправился в крепость с молоком. На обратном пути появилась огромная змея и обвила солдата. Казалось, она его душит, он думал, что умрёт, но змея просто держала его, не пуская к деревне. Змея отпустила его через десять минут. Испуганный, герой вернулся в деревню и увидел жуткую сцену: все жители деревни зарезаны. Это первая притча, остальные рассказывать не буду, увидите в кино.

- Что вы посоветуете начинающему режиссеру?

– Надо вооружиться идеями, научиться своему делу, надо понять, что самое важное в хорошем фильме — это хорошая идея.

…В хорошем фильме режиссер показывает то, что другие не видят. Режиссер создает благодаря камере различные ситуации, которые должны быть живыми и обращаться к подсознанию зрителя, сообщая то, что они не могут видеть… Если два человека просто говорят — за таким кадром должен быть или Бергман, или Тарковский, тогда только может выйти что-то хорошее.

- Почему вы часто снимаете фильмы о цыганах?

– Тут ошибка, я не так уж и часто снимаю о цыганах — всего два из десяти фильмов. Цыган я люблю потому, что это единственный народ, который выжил в жестоких обстоятельствах промышленной Европы благодаря своему искусству. Это удивительный народ, который производит огромное впечатление, для них жизнь — это акробатика, волшебство, как и музыка, которую мы играем.

- Вы пишете книгу о Достоевском, потом собираетесь по ней снимать фильм?..

– Если сравнить условия, в которых жил Достоевский, и в которых живем мы, станет ясно, что рубеж XIX-XX веков — времена невинности. Мы живем в брутальном, жестоком мире, где деньги разрушают все моральные и иные ценности. Моя книга о Достоевском говорит об этих временах.

Главный герой – режиссер рекламы в Париже, который хочет снять фильм «Преступление и наказание». Он живет с актрисой, но девушка его покидает, потому что считает, что он стал слишком современным. Тут герой встречает русского богатого человека, который готов профинансировать фильм, если режиссёр убьет его жену. Это вопрос нашего времени: не убить как Раскольников, во имя идеи о том, что жизнь несправедлива… Он приезжает в Санкт-Петербург, олигарх приглашает его в свой дом, во время празднования дня рождения режиссер должен убить жену. В то же время его девушка приезжает в Санкт-Петербург, стучит в двери внука Достоевского и говорит, что хочет от него ребенка. Главный герой на дне рождения не убивает жену олигарха, а пытается обвинить мужа в попутке убийства. Но по сути он нужен олигарху не как исполнитель убийства, а только как подставное лицо, козел отпущения. Главный герой бежит в Косово, где идет война, попадает в так называемый «желтый дом», где албанцы вынимали органы у сербов и продавали их для трансплантации. Благодаря своей девушке он выживает, но дальше рассказывать не буду — читайте книгу, смотрите кино.

- Что вы думаете о Косово и политической ситуации в Сербии?

– Сербия не должна позволить Косово выйти из своего состава. Идея разделения не новая, она с 1912 года… Америка продолжает идею Австро-Венгрии, начатую в начале ХХ века. Сербия, Косово — одна из остановок агрессоров на пути к Сибири.

- Что вы думаете о политической ситуации в нашей стране, о России вообще?

– Я думаю о вашей стране самое лучшее, я не могу разделать с вами коммунально-жилищные проблемы, я смотрю на Россию как на братскую страну. Сибирь по-прежнему кажется мне дальней целью внешних агрессоров, как это было во времена Наполеона или Гитлера…

Я не могу говорить о вашем политическом режиме, так как не живу здесь. Но я уверен, что в этой стране, как и в Сербии, не может быть такая же демократия, как в Америке или Англии. Россия не была империей, как Голландия, Англия или Франция. Она не может быть такой, как названные страны.

Проблема у России может быть такая же, как в Сербии. У Льва Толстого в «Войне и мире» один из персонажей говорит: когда, наконец, придет Европа и цивилизует эту страну. В Москве, как и у нас в Сербии, есть люди, которые думают так же поверхностно, будто Белград может превратиться во второй Аместердам, а Москва стать как Нью-Йорк. Мы часто сомневаемся в своей культуре, а это большая ошибка.

Мы должны уважать свои традиции, культуру и брать с Запада только хорошее. И Сербия, и Россия берут с Запада много плохого. На Западе хорошо организована социальная жизнь, это можно было бы позаимствовать.

Проехав по городам Сибири, я приятно удивился: в Европе люди могут думать, что тут медведи ходят в театр или кино, а мы наблюдаем города, где цивилизация присутствует максимально. Надо быть осторожными и верить в свою культуру.

* Кстати, теперь у нас есть Telegram-канал.
Интересные истории, байки из редакции и авторские колонки. Подписывайтесь – @vsluh_ru*


Другие новости

12 ноября 2012 г.

реклама
adverse.description
adverse.description
adverse.description
adverse.description
adverse.description